Ещё

Климент Тимирязев. К бунту не призывал 

Фото: Вечерняя Москва
Ученый Климент Тимирязев: в июне отмечается 175 лет со дня его рождения. Хороший повод, чтобы вспомнить историю жизни естествоиспытателя, в которой нашлось место загадкам.
Про главное здание Московской сельскохозяйственной академии ходит легенда. И связана она как раз с именем Климента Аркадьевича Тимирязева, который проработал здесь с начала 1870-х более 20 лет.
Если присмотреться, то стекла в окнах на первом этаже ректората вогнуты внутрь: таких больше нет нигде в Москве. Говорят, что ученый — в ту пору высокий блондин с голубыми глазами — был страшно ревнив. А жена его, Александра Готвальд, генеральская дочка, отличалась необычайной красотой. И чтобы с улицы ротозеи не могли разглядеть его прекрасную супругу, часто захаживавшую к мужу на работу, Тимирязев заказал в Финляндии эти вогнутые стекла.
— Выдумка, конечно, — уверяет профессор Московской сельскохозяйственной академии, доктор исторических наук Александр Оришев, который взялся поводить «ВМ» по тимирязевским местам вуза, пообещав открыть пару секретов. — Но легенда много говорит о характере Тимирязева. Многи считают, что сейчас в рамах стоят старинные стекла. Это не так. Когда к 100-летию академии делали ремонт, их заменили. Официальная информация про именитого естествоиспытателя повторяется от одного энциклопедического издания к другому: дворянин, по матери англичанин, отец русской ботаники, открывший фотосинтез растений, знамя советской власти. В его честь в 1923 году в Москве поставили памятник с надписью «Борцу и мыслителю», назвали столичный район и академию, которая, к слову, при самом Тимирязеве именовалась Петровской земледельческой и лесной.
Устав учебного заведения был очень необычный. Согласно ему, учиться в вузе можно было сколь угодно долго, требований по посещению не существовало, как и графика сдачи экзаменов. Считалось, что в академии будут учиться люди увлеченные, не нуждающиеся в стимулах и запретах.
— Тимирязев устав академии одобрял, — говорит Александр Оришев. — Но считал, что для такого либерального документа еще не наступило время.
Дворянство, приятное Советам
Тимирязев был первым в России человеком, прочитавшим «Капитал» Маркса. И в этом, к слову, опередил и Плеханова, который считается первым российским теоретиком марксизма, и Ленина. Ученых, разделяющих убеждения Тимирязева, было мало, поэтому молодая советская власть ценила его лояльность. Даже слишком. Превратив в знамя революции, которым он по сути-то не был. Даже на смерти ученого большевики умудрились сделать пропаганду.
Как известно, Тимирязев отправил свой труд «Наука и демократия» Ленину. Было это через два года после революции, когда ботанику, разбитому инсультом, шел восьмой десяток.
Ученый возлагал на Ленина надежды и верил, что новая власть станет поддерживать науку. За несколько часов до смерти Тимирязев получил от вождя мирового пролетариата письмо: «Дорогой Климентий Аркадьевич! Большое спасибо Вам за Вашу книгу и добрые слова. Я был прямо в восторге, читая Ваши замечания против буржуазии и за Советскую власть. Крепко, крепко жму Вашу руку и от всей души желаю Вам здоровья, здоровья и здоровья! Ваш В. Ульянов (Ленин)».
Это послание ученому прочитали днем, а в ночь он скончался. Если верить воспоминаниям врача Бориса Вейсброда, который находился у смертного одра Тимирязева, перед смертью ученый призвал следовать ленинскому курсу: «Я всегда старался служить человечеству и рад, что в эти серьезные для меня минуты вижу вас, представителя той партии, которая действительно служит человечеству. Большевики, проводящие ленинизм, — я верю и убежден — работают дли счастья народа и приведут его к счастью. Я всегда был ваш и с вами. Передайте Владимиру Ильичу мое восхищение его гениальным разрешением мировых вопросов в теории и на деле.
Я считаю за счастье быть его современником и свидетелем его славной деятельности. Я преклоняюсь перед ним и хочу, чтобы об этом все знали. Передайте всем товарищам мой искренний привет и пожелания дальнейшей успешной работы для счастья человечества».
— Нет прямых доказательств того, что Тимирязев сказал это, — поясняет Оришев. — Слова записаны рьяным коммунистом, свидетелей нет.
Европеец
Но вернемся в Тимирязевку. Отношения с начальством у Тимирязева были не самые теплые.
— Климент Аркадьевич, — говорит историк, — был человеком прямолинейным, мог себе позволить поступать, как считает нужным. Например, был случай: когда в 70–80-х годах XIX века начались студенческие волнения и многих задерживали, начальство распорядилось: в случае неявки большинства лекцию не читать. На что Тимирязев отвечал, мол, что же, господа, прикажете мне в Бутырку ехать, там лекцию читать?
В Петровскую академию Тимирязев устроился, поучившись и поработав в Германии и Франции, да и сам был наполовину англичанин.
— Он был чисто европейским ученым в лучшем смысле этого слова, — уточняет историк.
Кроме того, по словам Александра Оришева, профессор Климент Тимирязев хорошо зарабатывал: в академии ему платили, по нашим меркам, порядка 500 тысяч рублей в месяц. Финансовая независимость вселяла уверенность в себе. При этом к роскоши Тимирязев не тянулся. А средства часто тратил, помогая студентам.
— По некоторым данным, у него каждый день питалось до 20 студентов, — продолжает рассказ Александр Оришев. — Некоторые вообще у него жили: в доме на территории академии. Но денег студентам Тимирязев не давал. Считал, что деньги развращают.
На свои кровные Климент Аркадьевич купил инвентарь для спортзала академии. Ученый сам был большим поклонником спорта и пытался привлечь к нему студиозусов. Говорят, что именно Тимирязев приобщил к велосипедным прогулкам Льва Толстого, который так однажды накатался, что упал и сломал ногу.
— Еще Климент Аркадьевич увлекался фотографией, — подчеркивает историк. — Его пейзажи на выставках завоевывали первые премии. Любил музыку: играл с женой в четыре руки на рояле и часто напевал за работой, когда проводил опыты.
Тайна за семью печатями
Но ученым-чудаком Тимирязев совершенно точно не был. В рассуждениях логичный, он говорил четко, без эмоций, не юлил. Всегда собранный, любящий порядок. Тимирязев, уверяют историки, никогда никого не оскорблял. Хотя был у великого ученого один пунктик.
— В наше время этого не поняли бы точно, — улыбается Александр Оришев. — На лекциях он иногда изображал своих коллег-преподавателей. Не знаю, насколько эти пародии были безобидными. Возможно, это были дружеские шаржи.
А может, и нет — источники о характере развлечений гения ботаники умалчивают. В этом еще предстоит разобраться. Как и в темной истории происхождения сына Тимирязева, Аркадия.
Одни исследователи пишут, что он родился вне брака и потом был усыновлен отцом-дворянином, другие же считают, что Аркадий вообще не был родным сыном Климента Аркадьевича, которому, к слову, как вскользь упоминают некоторые биографы, касаясь взаимоотношений ученого со слабым полом, «ничто человеческое было не чуждо».
Есть и еще один секрет, над которым предстоит поломать голову. Официально считается, что род Тимирязевых пошел от татарских князей. Но есть и другая версия.
— Согласно ей, Тимирязев — один из потомков пророка Мухаммеда, — открывает секрет Оришев. — Якобы в одной из мечетей в Каире хранятся документы, подтверждающие это.
СПРАВКА
Климент Тимирязев родился 22 мая (3 июня) 1843 в Петербурге. В 1860 году поступил в Петербургский университет. В 1861 году за участие в студенческих волнениях был исключен, обучался вольнослушателем. Учился и работал за границей. После Петровской земледельческой и лесной академии преподавал в Московском университете. Сделал открытия в области фотосинтеза и питания растений от солнца. Как популяризатор науки читал открытые лекции. После инсульта левая рука и нога оказались парализованными. Умер в 1920-м от воспаления легких.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео