74.ru 26 февраля 2018

«Жениться второй раз дорого»: студент из Иордании встретил любовь в Челябинске и назвал кафе в честь дочери

Фото: 74.ru
74.ru продолжает проект об иностранцах, которые живут на Южном Урале. Ахмед Али приехал в Челябинск из Иордании, чтобы осуществить свою мечту: получить научную степень и стать преподавателем. Но первое, что он здесь нашел, это свою любовь — девушку Катю. А чуть больше месяца назад в молодой семье появилась малышка Амаль.
— Несмотря на то, что мы уже женаты и у нас есть ребенок, я до сих пор слышу от знакомых: «Зачем ты это сделала?», «Ты сошла с ума!», — рассказывает Екатерина. — Боятся, что украдёт, увезёт меня, не вернёт. А ещё, что я буду вторая, третья жена.
— Я 28 лет прожил в Иордании и знаю только одного человека с несколькими женами. Это старые традиции, — продолжает Ахмед. — Заводить вторую жену — это очень дорого. Надо заработать много денег — в вашей валюте это около двух миллионов рублей. Надо дать жене 700 тысяч, чтобы она купила золото, одежду и всё что ей нужно. Но самое важное — вечеринка. Надо пригласить очень много людей, минимум 500 человек. Так принято, но нам это не нравится. Из-за этого многие долго не женятся вообще. Кроме того, если ты говоришь, что хочешь взять вторую жену, первая может потребовать развод. Так ты потеряешь любимую.
Иорданец должен заработать на свадьбу около 2 миллионов в рублёвом эквиваленте
— Сколько же вы подарили Кате?
— Достаточно, — улыбается он. — Хватило на всё! На свадьбе у нас было чуть больше 20 человек — это Катины подруги и родственники. С моей стороны были только друзья из вуза. Родители приехать не смогли: получить российскую визу для иорданца очень сложно и долго.
В январе у Ахмеда и Кати родилась малышка Амаль
Прежде чем приехать в Челябинск, Ахмед часто слышал о нашей стране от своих друзей: рассказывали о хороших людях и качественном российском образовании. По его специальности — мехатроника — можно было учиться в Челябинске, Казани, Москве или Томске. Почитав отзывы, он выбрал ЮУрГУ. Учить русский алфавит он начал ещё на родине, затем были языковые курсы. Как и всем иностранцам, поначалу было сложно, но именно этот момент оказался судьбоносным.
— Однажды я стоял на остановке и не понимал, как мне уехать. Я подошел к девушке и спросил у неё, говорит ли она по-английски. Она сказала, что немного. Так мы познакомились с Катей. Через какое-то время я встретил её в клубе, где она праздновала день рождения подруги, — продолжает Ахмед.
— Спустя три месяца я повела Ахмеда знакомиться с родителями. Поначалу их насторожило, что он араб. По новостям все мы слышим, что арабы нехорошие… Но Ахмед сумел сразу понравиться маме и папе, хотя на тот момент он умел говорить только «Здравствуйте!» и ещё несколько слов, — рассказывает Екатерина.
По словам Ахмеда, даже в университете многие относятся к арабам настороженно. Он не исключает, что это может быть из-за других студентов, которые показывают себя не с самой лучшей стороны. Впрочем, иорданец не обижается на русских и относится с пониманием.
— Вас не принимают за выходца из бывших советских республик?
— Не было такого. Но некоторые даже не знают, где находится Иордания, думают, что это где-то в Европе, — рассказывает Ахмед. — В Иордании нет ничего страшного. Вокруг нас Ирак, Сирия, Палестина — у них неспокойно. Я даже не слышал, чтобы между иорданскими людьми были проблемы, а уж если приедет иностранец, все его будут защищать. Мы не хотим, чтобы о нашей стране подумали плохо.
Чтобы познакомить челябинцев с арабской культурой, а заодно иметь стабильный доход для семьи, Ахмед открыл в Челябинске ресторан, который назвал именем своей дочери — «Амаль». Он заметил, что в нашем городе есть рестораны восточной кухни, но там представлены в основном традиции стран бывшего СССР, а вот арабской кухни нет.
— У меня были сбережения: до переезда в Челябинск я шесть лет работал инженером в Саудовской Аравии, у меня была хорошая зарплата. Также помог брат, — рассказал он. — В Иордании очень высокие налоги — приходится отдавать до 30% дохода. Здесь — в разы меньше. К сожалению, мне как иностранцу оформить бизнес практически не реально — ИП оформили на Катю.
— Один из героев нашего проекта рассказывал, что ему пришлось закрыть ресторан в том числе из-за того, что не было национальных поваров. Иорданцев здесь можно пересчитать по пальцам. Как справляетесь?
— Есть два повара-араба, но они ещё учатся. Мы также обучили русских поваров. Я думаю, что, если человек — профессионал своего дела, он сможет освоить любое направление. Обучал поваров сам, — рассказал Ахмед.
Ахмед думал, что основными клиентами будут иностранцы, но чаще всего заходят русские. Некоторые из них, побывав за рубежом, скучают по экзотической пище.
— На днях ко мне зашел один мусульманин. Как я понял, он татарин. Он очень удивился, почему у нас в кафе женщины не сидят отдельно от мужчин. Я сказал, что мы живём в России. Я очень хорошо знаю ислам, и кажется, он его неправильно понял, — рассказал Ахмед. — В Саудовской Аравии только так: отдельно мужчины и женщины сидят. Некоторые арабские девушки никогда не говорили с мужчинами, им стыдно кушать с чужими людьми.
— После исламских стран для вас, наверное, было дико, когда весной и особенно летом челябинские девушки начали ходить в коротких юбках?
— Мне всё-таки не 17–18 лет было. Поэтому особо не удивился и не привлекали.
— Вы бы хотели, чтобы Катя ходила с покрытой головой?
— Это не обязательно. У меня есть три сестры, и они не ходят в платках. В столице Иордании — Омане — уже нормально относятся к тому, чтобы женщина ходила в футболке. Но в более далёких городах это считается неправильно. Я — сторонник золотой середины, тело должно быть закрыто в меру.
Екатерина — педагог-дефектолог по образованию. Когда решили открыть кафе, она попробовала себя в роли дизайнера
— Какие были первые впечатления от Челябинска?
— Всем арабским студентам холодно здесь… и немного грязный воздух.
— Я читала, что в Иордании самый чистейших воздух. У вас не возникает желания надеть респиратор?
— Нет. Может, это потому, что я курю?
— Многие герои нашего проекта рассказывали, что у их соотечественников Россия ассоциируется с водкой и Путиным. А у вас на родине?
— Ещё с мафией, — смеётся. — Но когда я сюда приехал, я удивился, что не все пьют водку. И мафию не видел.
— Глядя на нашу статистику разводов, вы не думали, что русские женщины ненадёжные?
— Мне рассказывали, что если русская по-настоящему влюбилась, она будет самой надёжной. В каждой стране есть меркантильные девушки, — рассказал Ахмед. — Конечно, в арабских странах девушки тёмные, и нам нравятся светлые. То, чего у нас мало, нам нравится.
Ахмед надеется, что Кате понравился в Иордании и она захочет там жить
— Многие русские девушки обвиняют мужчин в том, что они не хотят жениться. Катя, вы хотели выйти замуж за восточного человека, который ещё чтит старые традиции?
— Если честно, я не задумывалась об этом.
— А я слышал от русских девушек, что мужчины не хотят жениться и работать, — продолжает Ахмед. — Замечаю, что в банках и магазинах на 70–80% работают девушки. Я не знаю. Может быть, мужчины в армии?
После окончания обучения в Челябинске Ахмед мечтает вернуться на родину. Говорит, там хорошие преподаватели ценятся и получают большую зарплату.
— Если перевести в рубли, я буду получать около 250 тысяч в месяц. Инженер с 2–3-летним опытом работы у нас получает около 100 тысяч рублей, в Саудовской Аравии — в два раза больше.
Катя ещё не была в Иордании, Ахмед надеется, что, когда они съездят в гости к родителям, ей там очень понравится, и она не будет возражать против переезда. Он также не исключает, что может остаться преподавать в России, если будут интересные предложения.
Комментарии
2
Читайте также
77-летие Совинформбюро
«Наши гости предложили врачам чаевые»: екатеринбурженка рассказала как вызывала скорую перуанцу
Мария Ивакова подготовила астрологический прогноз
Васильева назвала «Алые паруса» «символом надежды, мечты и цели»