Ещё

На уральском изумрудном руднике возродят производство бериллия 

Фото: Российская Газета
Под угрозой затопления
30 лет назад пропуск в закрытый поселок Малышева мог считаться лучшим подарком: его добывали правдами и неправдами, чтобы попасть на территорию спецснабжения за, скажем, невиданной красоты португальскими зимними сапогами. Но в середине 90-х поселок, стоящий на несметном богатстве, обрекла на умирание экономика. Такое сырье, как бериллий, высокоточным и наукоемким производствам не требовалось — просто потому, что сами они практически стояли. Хозяева градообразующего рудника менялись, как в калейдоскопе. Временщикам до производства дела не было — они стремились побыстрей распродать «закрома». В поселке процветал криминал, люди, оставшиеся без работы, ходили на бесхозные отвалы рудника, как по грибы, за мелкими изумрудами.
Когда долг владельцев превысил 350 миллионов рублей, энергетики пообещали обесточить предприятие. Тогда остановились бы насосы, шахты затопило, а поселок Малышева мог просто исчезнуть. Решение о реструктуризации и частичном погашении долга пришлось принимать правительству области в считанные часы. Спасали рудник и бывшие шахтеры. Оставшись не у дел, они подрабатывали где могли: в Асбесте, Рефтинском, Екатеринбурге, вахтами «на северах». Но в свободное время спускались в шахту, контролировали работу насосов и вентиляции… Многие из них вернулись, когда рудник реанимировали, и работают до сих пор.
Жизнь возвращается
За последние два года рудник прошел процедуру оздоровления и постепенно идет на поправку. Производство восстанавливается, недавно создано специализированное ремонтное подразделение, 30 миллионов рублей потрачено на восстановление горизонта, затопленного в годы анархии.
— Процедура реорганизации завершена, сегодня рудник начинает жизнь с чистого листа. Впереди у нас получение лицензий — на недропользование, взрывные работы и так далее, — объясняет директор Евгений Василевский. — Через полгода, когда мы их получим, станем полноценным предприятием, которое может привлекать инвестиции.
Обособление и смена названия с имени революционера Малышева на историческое — Мариинский прииск — не просто дань моде. В последние годы, после ухода временщиков, рудник был удаленным на 2,5 тысячи километров подразделением калининградского комбината. А какой серьезный инвестор будет вкладываться в цех? Самостоятельность позволит руднику претендовать и на государственную поддержку. Разработана стратегия развития, подразумевающая инвестиции в размере пяти миллиардов рублей, что позволит к 2025 году в десять раз увеличить объемы добычи изумрудов, александритов и бериллов и, главное, возобновить добычу бериллиевого сырья. По расчетам собственника, доход от деятельности Мариинского прииска достигнет двух миллиардов рублей в год.
Сейчас здесь работают 417 человек, средняя зарплата шахтеров — 50 тысяч рублей (в среднем по предприятию — 30 тысяч). Однако везучие добытчики могут заработать много больше: за каждое найденное гнездо самоцветов бригаде выплачивается до 40 процентов стоимости драгкамней.
Бериллий незаменим в высокоточных, наукоемких и стратегических производствах, но сейчас Россия его закупает
— За последние два года в поселке наконец-то изменилась атмосфера. Это монопрофильное муниципальное образование, живем «в такт» с рудником. Когда там появилось адекватное руководство и грамотные специалисты, возобновилась добыча, люди поняли, что богатство наших уникальных недр не пропало, и поселок начал преображаться, — говорит глава Малышевской администрации Мария Рубцова. — Маятниковая миграция пока сохраняется, но по программе развития моногородов к 2025 году в поселке должно быть создано 2398 дополнительных рабочих мест. Это абсолютно реальные и достижимые показатели. Кроме того, регистрация прииска на нашей территории заметно пополнит муниципальный бюджет.
Сейчас рудник перечисляет в бюджет Свердловской области 80 миллионов рублей ежегодно.
На новые горизонты
— Душа болела, когда наши высокоперспективные месторождения отдавали на откуп хитникам, — поделился профессор Уральского горно-геологического университета Михаил Попов. — Нашу уникальную изумрудо-бериллиевоносную полосу нужно доисследовать, развивать добычу: без горной промышленности не будет экономики.
Россия сегодня не производит бериллий — самый легкий земной металл, который академик Ферсман называл металлом будущего. Он незаменим в высокоточных, наукоемких и стратегических производствах, но сейчас страна его закупает. В советское время бериллиевые руды, добытые и обогащенные в поселке Малышева, а также руду с месторождений в Бурятии и Забайкалье отправляли на переработку в Казахстан, на Ульбинский комбинат. Специалисты признают, что вопрос возобновления выпуска металла для атомной и ракетной отраслей стоит очень остро.
Два других российских месторождения, сейчас де-факто замороженные, сравнимы по запасам бериллиевых руд с Мариинским прииском, но кое в чем проигрывают. На одном руда фторированная, что повышает себестоимость извлечения, отсутствует инфраструктура, строительство предприятия надо будет начинать с нуля. Это месторождение будущего, перспективных технологий получения концентрата. А второе находится бок о бок с природоохранной зоной Байкала, больным станет вопрос хранения отходов.
В Малышева работа над бериллиевым проектом уже началась. Ученые готовят технико-экономическое обоснование получения стратегического металла из концентрата местной руды. Сейчас на руднике на спецхранении ее около 250 тысяч тонн. Функционирует хвостохранилище, в планах — строительство флотационной фабрики для получения из руды бериллиевого концентрата, строительство еще одного шахтного ствола для закладки нового горизонта. Программа-максимум — собственное металлургическое производство.
— Технологии получения бериллия не проблема. Обеспечение нового производства кадрами — тоже. Наши выпускники работали и работают на том же Ульбинском комбинате, — говорит Владимир Рычков, директор физико-технологического института УрФУ. — Проект реальный, но я отношусь к нему с определенным скепсисом: могут возникнуть серьезные вопросы с точки зрения экологии.
В былые времена на Малышевском месторождении существовал отработанный замкнутый цикл обогащения бериллиевой руды. На руднике уверены: его можно возродить.
— В конце концов нельзя упираться только в экономику. Бериллий — это вопрос национальной безопасности, — подчеркивает Евгений Василевский. — Если в России не будет цепочки от добычи руды до металлургического производства бериллия, страна проиграет и в других отраслях.
комментарий
Сергей Пересторонин, министр промышленности и науки Свердловской области:
— Мировой объем производства бериллия — около 300 тонн в год, при этом потребность в металле — порядка 400 тонн. Выпуск на территории Свердловский области стратегически важного металла обеспечит гарантированные поставки для оборонной, атомной и космической отраслей и, кроме того, создание новых рабочих мест, отчисление налогов в бюджеты всех уровней.
Справка «РГ»
Разработка Мариинского изумрудного месторождения началась в 1834 году. Первые шахты заложила в 1903-м англо-французская «Новая компания изумрудов», которая купила концессию за десять тысяч рублей в год. В 1917-м рудником завладели хитники. Через два года месторождение национализировали, разделили на участки и передали старательским артелям. В 1927-м артельной добыче пришел конец и названный в честь революционера Малышева прииск вошел в трест «Русские самоцветы», здесь заложили три новые шахты для добычи валютных ценностей. Но уже в 1930-м драгоценные камни стали сопутствующим продуктом: копи вошли в структуру Минсредмаша, здесь добывали бериллиевую руду буровзрывным способом, и большая часть изумрудов просто уничтожалась. С 1941-го рудник десять лет простоял на сухой консервации, после чего началась отработка месторождения открытым способом. В 1965-м дополнительно к карьеру появился подземный рудник, сейчас он состоит из трех шахт и шести горизонтов. В 1993-м после приватизации на базе рудника возникли две самостоятельные компании — «Малышевское рудоуправление» и обанкроченные через три года «Изумрудные копи Урала». Хозяева рудника менялись едва ли не ежегодно, им распоряжались ирландская и канадская фирмы, «Зелен камень», «Норфин», Мариинская холдинговая компания. С 1996 года добыча изумрудов приостановлена. В 2008-м по ходатайству правительства Свердловской области недобросовестных собственников лишили лицензии на разработку уникального месторождения. И рудник перешел под контроль государства, стал обособленным подразделением янтарного комбината. После ремонтных и восстановительных работ в декабре 2011-го возобновилась добыча, а через три месяца — переработка руды на изумрудоизвлекательной фабрике. По официальным данным, ежегодно рудник перерабатывает 85 тысяч тонн породы. Здесь добывают оксид бериллия, изумруды, фенакит и александрит.
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео