Ещё

Чеченцы и в Норвегии опасаются путинского «питбуля»: «Они приглядывают за нами» 

Фото: ИноСМИ

Летом в Лёренскуге (коммуна в губернии Акерсшус в Норвегии, — прим. ред.) припарковался автомобиль BMW.

В прошлом году автомобили этой немецкой марки были в Норвегии третьими по популярности, и для неопытного глаза черный полированный автомобиль вовсе не был чем-то особенным, ну, если только не считать иностранных номеров.

Тем не менее, кто-то возле него все-таки остановился. Он или она извлекли мобильный телефон с камерой, сфотографировали и отправили фотографию дальше. И тех, кому отправили фотографию, охватил страх.

«Это означает, что им наплевать. Им совершенно наплевать на то, что думают норвежские власти или чеченцы. Я на 100% уверен, что в следующем году таких автомобилей станет больше. Режим просто нас проверял», — считает Михаил, которому 31 год.

Они боятся Кадырова

31-летний мужчина рассказывает о том, почему буквы KPA вовсе не являются каким-то обычным опознавательным знаком. На самом деле они означают Рамзана Кадырова — жестокого лидера, с 2007 года правящего Чечней железной рукой.

Хотя на самом деле в нахождении автомобиля на территории Норвегии нет ничего незаконного, Кадыров — человек, которого по-прежнему опасаются многие чеченцы.

«Я знаю, насколько они жестоки. Их совершенно не заботят права человека, они для них ничто. И они много раз демонстрировали это», — говорит Михаил о чеченском режиме.

Факты о Рамзане Кадырове

• Рамзан Кадыров (41 год) с 2007 года является президентом российской республики Чечня на Северном Кавказе.

• Сын Ахмада Кадырова, бывшего лидера чеченских мятежников, который позднее предпочел стать лояльным по отношению к Кремлю; впоследствии был убит в результате взрыва в 2004 году.

• Так же, как и его отец, лоялен по отношению к Кремлю.

• Рамзана Кадырова обвиняют в многочисленных нарушениях прав человека, как в отношении оппозиционеров, так и в отношении людей, подозреваемых в гомосексуализме.

• Сам Кадыров отрицает факты нарушений прав человека.

Источники: NTB  Жестокая реальность

Корреспондент Dagbladet встречается с чеченцем, живущим в Норвегии, в городке на востоке страны. Мы в маленьком кафе. Он сначала оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что наш разговор никто не подслушивает.

А потом начинает говорить.

Он рассказывает о том, как в 1990-е разразилась война, как его родственники и знакомые ушли в леса, чтобы бороться, и как ему, тогда восьмилетнему, тоже хотелось сражаться: ведь это было так захватывающе.

Он хотел увидеть вертолеты, но ему пришлось увидеть и жертв войны.

«Это то, что остается с тобой навсегда. Вкус войны. Вкус крови и крики. Отвратительный запах, который остается после взрыва. И так было каждый день… Ты видел, как хоронят людей. Ты видел мертвых людей на дороге, и это становилось чем-то настолько обыкновенным, что ты просто проходил мимо. Ты просто переступал через это и шел дальше», — объясняет Михаил.

Он стал партизаном

Для чеченцев было естественным смотреть на русских как на врагов. Это был просто синоним людей с винтовками.

Когда Михаилу было 17 лет, он стал помогать местной группе мятежников в районе чеченской столицы Грозный.

«Они знали меня с самого моего детства и знали, что могут на меня положиться», — говорит 31-летний чеченец корреспонденту Dagbladet.

Вначале он просто относил что-то кому-то и передавал сообщения — как и многие другие мальчишки его возраста. Потом все стало серьезнее.

Михаил опасался российских спецслужб, поэтому ему пришлось оставить семью и бежать в лес. В течение тех четырех лет, что он там провел, он входил в окружение Доку Умарова.

«Его ноутбук был запоролен, но поскольку я до этого работал в интернет-кафе, я немного разбирался в компьютерах. Это не было каким-то взломом, я делал совершенно обычные вещи. Но меня прозвали «Хакером», и я находился с Умаровым в качестве оператора и специалиста по компьютерам», — говорит Михаил о встрече с одним из лидеров мятежников.

Факты о Чечне и конфликте

• В Чечне проживают 1,2 миллиона человек, столица — Грозный.

• Она на практике какое-то время была независимой от России в 1990-е годы.

• В 2000 году Россия восстановила прямое правление. Первая чеченская война в 1994-1996 гг. унесла несколько десятков тысяч жизней.

• В 1999 году российские вооруженные силы вновь напали на Чечню.

• Официальной причиной было то, что чеченские мятежники напали на соседнюю республику Дагестан, а также взрывы нескольких многоэтажных жилых домов в России.

• Российские силы взяли Чечню под свой контроль, но сепаратисты продолжили сопротивление. Постепенно российским властям удалось ослабить сепаратистов, уничтожив их основных руководителей.

• В апреле 2009 года Россия вывела свои основные силы из Чечни. Это считается окончанием второй чеченской войны, но конфликт продолжился, приняв форму многочисленных отдельных нападений.

• Одно из наиболее известных произошло в 2010 году. Минимум 40 человек погибли и более 100 пострадали, когда две женщины взорвали себя в поезде метро в Москве.

Источник: NTB  Бегство в Норвегию

Умаров, провозгласивший себя эмиром Чечни, впоследствии стал самым разыскиваемым (преступником) в России, в частности, после двух взрывов бомб в Москве в 2010 году.

Это было через год после того, как Михаил приехал в Норвегию.

Корреспонденту Dagbladet он говорит, что порвал с мятежниками и покинул Чечню, потому что Умаров становился все более радикальным.

Телеканал NRK рассказывал о том, что он все еще не может забыть свое бегство из России.

В 2010 году произошел целый ряд эпизодов, когда к нему обращались и начинали ему угрожать люди, утверждавшие, что они из ФСБ. По словам Михаила, с тех пор они несколько раз выходили на него, связывались с ним по телефону и через других беженцев.

«Они говорили, что будут искать меня по всему миру, и что я в конце концов стану бояться собственной тени. Что я постоянно должен буду искать новые места, чтобы спрятаться, и, в конце концов, окажусь там, где холодно и сыро», — рассказывает Михаил в беседе с Dagbladet.

«Завербовать легко»

Михаил добавляет, что сначала угрозы касались его семьи. Они говорили, что доберутся до его матери, отца и восьмилетнего младшего брата.

Сейчас его семья уже давно уехала из России, они в относительной безопасности.

Тем не менее, Михаил говорит, что чеченцы в Норвегии живут в постоянном страхе. Этот страх больше всего распространен среди тех, кто ездит на родину, и тех, кто сохраняет контакты со страной, из которой когда-то бежали.

«Если их интересует какая-то среда или какой-то человек, осуществить вербовку несложно. И если кто-то ездит на родину, то, конечно, его вербуют или пытаются заставить что-то для них делать. И тем, кто ездит в Чечню, доверять нельзя никогда», — говорит Михаил корреспонденту Dagbladet.

«Люди боятся», — подчеркивает он.

Убийство в Вене

И у противников чеченского режима есть для этого все основания. В 2009 году в Вене был убит Умар Исраилов, бывший когда-то одним из телохранителей Кадырова.

Би-би-си пишет, что убийство произошло прямо на улице, и что австрийская полиция считает, что приказ о совершении преступления, за которое были осуждено трое мужчин, отдал Рамзан Кадыров.

Четвертый, Леча Богатиров, все еще в бегах.

Вместе с тем, Der Spiegel описывал, как некоторые чеченцы предупреждали о том, что это произойдет, благодаря разветвленной сети лояльных по отношению к Кадырову агентов в Германии.

Михаил опасается, что в Норвегии может произойти нечто подобное.

— Чего вы боитесь?

— Убийств и угроз и чего угодно. В Норвегии, — отвечает бывший беженец.

Выявление лиц, представляющих собой опасность для режима

В докладе, посвященном оценке угроз в 2017 году, Служба безопасности норвежской полиции (PST) подчеркивала, что в текущем году целью иностранных разведок будут беженцы.

«Целью будет либо оказание давления, либо принуждения людей к сотрудничеству путем угроз, либо принуждение их к отказу от деятельности, связанной с критикой режима. Подобные методы включают в себя также выявление других лиц, считающихся угрозой для соответствующих режимов в своих странах», — говорится в оценке угроз PST.

Когда корреспондент Dagbladet обратился к старшему советнику Службы безопасности Мартину Бернтсену (Martin Berntsen), тот подтвердил, что ранее уже предпринимались попытки выявить в чеченской среде в Норвегии лиц, представляющих опасность для режима в Чечне. Он подчеркивает следующее:

«Особенность шпионажа за беженцами заключается в том, что его сложно заметить. Невозможно назвать какие-то конкретные страны, которые бы здесь как-то особенно себя проявили. Некоторые страны активно собирают информацию о гражданах собственной страны. Эти граждане часто входят в группы, критически настроенные по отношению к властям у себя на родине».

«Доказать что-либо сложнее»

«Тем беженцам, которые становятся объектами внимания шпионов, дают, например, понять, что режим что-то знает о членах их семей, оставшихся на родине, и таким образом оказывают на них давление», — добавляет старший советник PST.

Целью этого давления часто оказывается установление контроля над теми, к кому обратились. Используемые методы вызывают страх у беженцы.

Тем не менее, исследовать этот феномен непросто, по мнению PST.

«Мы постоянно занимаемся проблемами шпионажа в отношении беженцев, но задействовать здесь правосудие непросто. Причина в том, что часто бывает сложно доказать, что тот или иной эпизод действительно является актом шпионажа в отношении беженцев, а не внутренних распрей в соответствующей среде. Часто нам приходится бороться с этим явлением иными способами», — говорит Бернтсен.

Верят Михаилу

Что касается Михаила, то он обратился к норвежским властям еще в 2010 году.

Норвежский чеченец обратился также и к Норвежскому Хельсинскому комитету, и старшему советнику организации Оге Боркгревинку (Aage Borchgrevink).

Он считает, что истории 31-летнего чеченца можно верить.

«Мы проверили его и получили подтверждение, что с ним связывались те, кто говорили, что они из ФСБ. Когда он был в нашем офисе, они были с ним в чате. У нас и раньше были дела подобного рода, поэтому все казалось очень правдоподобным», — сказал Боркгревинк в беседе с Dagbladet.

«Я считаю, что они пытались его завербовать», — добавляет он.

Мстят родственникам

Боркгревинк добавляет, что присутствие представителей режима Кадырова в Норвегии не так очевидно, как в таких странах, как Германия и Австрия.

Тем не менее, это присутствие вызывает существенную озабоченность.

В Норвежский Хельсинкский комитет неоднократно обращались чеченцы, которые утверждали, что им угрожают и что за ними следят.

«Большинство опасаются не за собственную безопасность, а за то, что что-то может случиться с их родственниками, оставшимися на родине. Кадыров всегда перекладывал ответственность на семью. Она должна отвечать за своих родственников», — говорит Оге Боркгревинк в беседе с Dagbladet.

Именно из-за этого страха люди не хотят слушать Михаила и то, что он говорит о Кадырове, Путине и положении на родине.

Некоторые просто отворачиваются от него. Другие злятся.

«Очень грустно, что те, кто пережил войну, боятся говорить о том, что происходит в Чечне. Что те, кто боролся с оккупантами и был готовы умереть за нашу свободу, теперь боятся. Это очень печально», — говорит бывший партизан корреспонденту Dagbladet.

Он просит Норвегию принять меры

На вопрос о том, что же в данной ситуации могут сделать норвежские власти, он говорит о тех, кто возвращается в Россию и Чечню.

То есть туда, откуда они когда-то бежали.

«Норвежские власти должны быть очень внимательны к этим людям. Если люди, получившие юридическую защиту из-за чеченского режима, сейчас становятся представителями того же самого режима, им следует дать настоящий отпор. Ты не нуждаешься в защите, если считаешь, что с режимом все в порядке», — считает Михаил.

«Если тебя в нем все устраивает, ты вполне можешь вернуться».

Их можно выбросить из страны

Когда Dagbladet обратилась в Министерство юстиции по поводу беженцев, возвращающихся на родину, от которой они раньше искали защиту, то получила следующий ответ:

«Что касается беженцев, возвращающихся в страну, из которой они бежали, то здесь речь может идти о злоупотреблении институтом предоставления убежища. В таком случае они рискуют навлечь на себя реакцию, предусмотренную в законе об иностранцах. Если подобные поездки идут вразрез с предпосылками получения вида на жительства или убежища, статус беженца и вид на жительство могут быть отозваны».

«14 января 2016 года Министерство юстиции и общественной безопасности направило инструкции в Департамент миграции, Комиссию по делам иностранцев и Департамент полиции с требованием начинать дела об отзыве, если становится известно о таких поездках, а также если поступает соответствующая анонимная информация», — говорится далее в электронном письме.

От комментариев отказались

Посольство России в Осло комментировать информацию по этому делу отказалось.

«Посольство не располагает информацией о проблемах, затронутых в вашем электронном письме, и таким образом не имеет никаких оснований для комментария. Мы сильно сомневаемся в том, что стоит публиковать репортаж, основанный на слухах и непроверенной информации», — написала пресс-секретарь посольства Ольга Кирияк в ответе на обращение Dagbladet.

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео