Ещё
Навальный опубликовал ответ Золотову
Навальный опубликовал ответ Золотову

Александар Вучич: Сербия видит Россию как одно из ключевых действующих лиц в будущем 

Фото: ТАСС
Заслуги президента России Владимира Путина в развитии отношений России и Сербии, позиция Белграда по вопросу вступления в НАТО и антироссийским санкциям, а также основные темы, которые будут обсуждаться на встрече Александара Вучича и Владимира Путина, стали основными темами эксклюзивного интервью сербского лидера первому заместителю генерального директора ТАСС Михаилу Гусману.
— Господин президент, большое спасибо за возможность встретиться с вами. Сейчас восемь часов утра. Мы сделали в программе «Формула власти» почти 400 интервью, но так рано мы еще никогда не были приглашены на беседу. Но нам сказали, что нам еще повезло, вы иногда даже с послами встречаетесь в шесть утра, т.е. ваш рабочий день начинается еще раньше. Это практика, которая стала вашим обычаем, когда вы уже стали президентом, или вы вообще «early bird» — ранняя птица?
— Я привык вставать рано, спасибо вам за то, что замечаете это. Мне кажется, что человек может работать с наибольшей концентрацией в утренние часы, но все люди разные, и я никогда бы не мог работать до 11–12 часов вечера, как работает ваш президент Путин.
А вам спасибо за то, что вам не тяжело ни в шесть утра, ни в шесть вечера, поскольку вы из числа тех редких журналистов и редких редакторов, которые умеют уважать собеседника так, как вы, замечают вещи, которые большинство журналистов не способно заметить.
— Спасибо, господин президент, за ваши добрые слова. Мы встречаемся с вами накануне вашей поездки в Москву, предстоящих бесед с президентом В. В. Путиным. Чего вы ждете от этой предстоящей встречи где-то в середине дня, когда вы будете в Москве?
— Для нас в Сербии встреча с президентом Российской Федерации всегда особенное событие и выдающаяся возможность, чтобы поговорить обо всех важных вопросах. Я ожидаю, что мы поговорим, конечно, о ключевых, глобальных вопросах, что я еще раз выражу благодарность Российской Федерации за поддержку территориальной целостности Республики Сербия, и это не просто пустые слова, это подлинная благодарность, так как это не просто значит, что Россия поддерживает целостность Сербии, но это значит и поддержку России, когда идет речь о ЮНЕСКО, и когда речь идет об Интерполе, это значит поддержку России. И только благодаря поддержке России и российского президента сегодня Сербия и сербский народ не представлен народом, виновным в геноциде.
Мы поговорим и о будущем Сербии касательно Косова и Метохии, а также Боснии и Герцеговины, Каталонии и о других важных вопросах, которые сейчас появляются в Европе. Что касается наших двусторонних отношений, то мы будем разговаривать о большом количестве очень-очень важных вопросов, ожидаем, что большое число важных соглашений будет подписано. Вы знаете, что Сербия почти на 100% зависит от российского газа, а газа мы потребляем все больше, Сербия ежегодно увеличивает потребление на 300–400 млн кубометров. Недавно здесь был Алексей Миллер, и я думаю, что мы завершим важные договоренности и важные соглашения, которые сможем подписать в Москве в присутствии президента Путина. Помимо наших важных договоренностей и соглашений в энергетике, мы с Российской Федерацией имеем все больший товарооборот в вопросе сельскохозяйственной продукции, мы хотим подписать в области экономики важные соглашения — и о привлечении российских инвестиций в строительство промышленных парков здесь, о сотрудничестве в области научно-технических инноваций и дигитализации.
У нас отличное военно-техническое сотрудничество, недавно здесь был Сергей Шойгу, мы тогда получили шесть МиГ-29, которые сейчас находятся на ремонте, и мы ожидаем, что они в предстоящие месяцы будут в полном оперативном использовании. У нас есть и другие заявки: мы хотим купить еще орудия и вооружения, и сейчас идут переговоры с "Рособоронэкспортом". Мы хотим купить еще минимум шесть вертолетов, противовоздушные системы, многие другие вещи, поскольку не забывайте, что Сербия является независимой и суверенной страной, Сербия является военно-нейтральной страной, Сербия должна быть сильнее, чтобы быть в состоянии сохранить свою землю.
Поэтому мы многого ожидаем от разговора с президентом Путиным. Мы ему очень благодарны, что он уделяет внимание и время (а мы знаем, насколько он занят другими проблемами) нашей маленькой стране, но стране, которая питает искреннюю дружбу к российскому народу и Российскому государству. Большое-большое спасибо. Наши ожидания действительно, действительно большие, и я уверен, что все наши ожидания, и все то, что мы хотим, оправдаются.
— Спасибо, господин президент, за ваши добрые слова, за ваши искренние слова. Действительно, отношения между нашими странами развиваются по всем направлениям. Здесь, безусловно, большая заслуга президента Путина, ваша личная заслуга. И все же, вот есть…
— Позвольте я лишь еще что-то скажу. Это всегда больше заслуга президента Путина, чем наша здесь. Здесь люди и уважают, и любят Россию. Но мы маленькие, и только благодаря лидерству президента Путина обращается внимание на Сербию. Не стоит вам напоминать о ком-то, кто был до президента Путина, для них Сербия почти не существовала.
Когда мы говорим о президентстве Ельцина, то очень редкими были встречи президента Ельцина с президентом Милошевичем. Благодаря смелости Евгения Примакова, кое-кто в мире и слышал о тяжелом положении Сербии, но другие не очень заботились об этом. Президент Путин важен не только для российского народа, он показал заботу и внимание обо всем сербском народе на протяжении всего времени своего мандата, и мы ему очень благодарны за все это.
— Я тем более хотел бы в этой связи спросить вас о тех вопросах, которые вы собираетесь обсуждать с нашим президентом, которые, на ваш взгляд, на данный момент еще не до конца реализованы, где еще остался потенциал. Наверное, есть вопросы, которые вам обоим следует обсудить из нереализованного.
— У нас есть межправительственный российско-сербский комитет, которые возглавляют господа Рогозин и Дачич. И мы много этого, действительно много, реализовали. Иногда что-то может задержаться, порой мы можем чего-то ждать, но действительно свыше 90% того, о чем мы разговариваем и о чем договариваемся, удается. Мы годами думали, как решить вопрос нашего страхования, как наши граждане должны работать в России, и наоборот. После долгого времени этот вопрос всецело решен.
Есть ли еще вещи, которые мы можем решить? Мы разговаривали об импорте отдельных наших товаров и продуктов в Российскую Федерацию, и мы должны ускорить наши переговоры с Евразийским союзом для того, чтобы посмотреть, как и каким образом это сделать. У нас есть большая поддержка, как вы знаете, благодаря работе Российско-сербского гуманитарного центра в Нише, который помогает не только в борьбе с наводнениями и засухами нам здесь, в Сербии, но, я бы сказал, и во всем регионе, когда это случается. Здесь существует и далее открытый вопрос… Это даже не дипломатический статус и иммунитет, это что-то уровнем ниже, но Сербия здесь находится (хотел бы, чтобы граждане России об этом знали) под значительным давлением других стран мира, чтобы что-то подобное не было сделано. Но я могу сказать, что Сербия самостоятельно и суверенно вынесет решение по этому вопросу.
— Особая часть нашего сотрудничества — это, конечно, культурно-духовная составляющая наших стран. Исторически Сербия — православная страна, как и Россия, и здесь особые нити, особая глубина, особые корни. Даже сейчас мы с вами сидим в этом зале, а сзади вас — Мирославлево Евангелие. Это бесценное достояние нашей общей истории, это бесценное достояние нашей письменности. Это, я знаю, очень высоко ценится здесь, в Сербии. И это очень высоко ценится в России. Как вы оцениваете эту часть наших отношений?
— Если вдуматься, то это не вопрос только лишь познания чьей-то культуры, как вам обычно скажут те, кто политически не согласен с Россией: «Ну да, мы любим Достоевского, Лермонтова, Блока, Пушкина и всех остальных, но мы не любим российских политиков». Я это выражение не люблю даже произносить.
Такой вид связей может проистекать только из дружеских отношений, искренно, на глубинном уровне дружеских отношений двух народов. Посмотрите, вы сказали, что за нами Мирославлево Евангелие. На всех трех этажах этого здания вы найдете очень ценные картины русских художников — и тех, которые жили и работали в Сербии, и тех, кто жил и работал в России. Через дорогу от этого здания, в центре Белграда, находится парк им. хора Александрова, который столько раз был в Сербии в самые тяжелые для нас времена. Во время агрессии НАТО в 1999 году хор Александрова был с нами, всегда эти люди были с нами, и нас эта страшная трагедия в Сочи действительно ужасно потрясла. Это был наш способ сказать спасибо этим великим людям. И сейчас, когда восстановили этот великий Ансамбль, они снова приехали в Белград, и на концерт пришло множество людей — просто нельзя было найти свободное место, чтобы посмотреть и послушать хор им. Александрова.
Здесь же находится памятник Николаю II. Уже не говорю о том, что благодаря Российской Федерации нам до сих пор удавалось создавать мозаику, да и крипту, и все остальное для нашего храма Святого Саввы. Мы только сейчас как государство, когда более уверенно стоим на ногах в финансовом плане, смогли выделить достаточно большие деньги для храма Святого Саввы, но и далее завершаем его с помощью наших русских друзей.
Мы объявили конкурс на создание памятника Стефану Немане, родоначальнику династии Неманичей, которая создала средневековое сербское государство и подняла его на пьедестал успеха и прогресса. Как я слышал, среди самых значительных художников, которые приняли участие в этом конкурсе, — российские художники. Это показывает, насколько эти наши связи важны.
Если взять спортивные связи, то вы увидите ужасно близкие отношения «Црвеной звезды», "Зенита", "Спартака" с одной стороны и «Партизана» с ЦСКА с другой стороны. Я думаю, это все люди чувствуют, и это тяжело и почти невозможно скрыть.
Я знаю, что у Милошевича любимым художником был Колесников. И когда Милошевич сердился на какого-то функционера в Сербии, то они искали картины: «Давайте отнесем ему картину Колесникова, может, простит? Если нет Колесникова — найдите другого хорошего русского художника, чтобы Милошевич стал меньше сердиться». Но это говорит о взаимосвязи народов, близости народов, и это вещи, которые всегда абсолютно неразрывны, невзирая на политику.
— Вот после тех добрых и тронувших меня слов, которые вы сказали, господин президент, становится даже более понятно то политическое решение, которое приняла Сербия, которое приняли вы, господин президент, не поддержав санкции против России. Эта позиция Сербии, на мой взгляд, была очень глубоко воспринята у нас в стране. Насколько, как вы считаете, эта политика санкций имеет смысл? Именно Сербия, которая дистанцировалась от этого, показала качество истинного союзника России.
— Не уверен, что кто-то понимает то значение для Сербии и то, как мы благодарны России, президенту Путину, министру Лаврову и постпреду при ООН Чуркину за отношение… (кстати, я повезу орден жене господина Чуркина — Ирине Чуркиной в Москву и вручу ей 19 декабря орден Республики Сербии (Орден Сербского знамени первой степени от 21 февраля 2017 года — прим. ТАСС), которым наградил Чуркина президент Республики Томислав Николич). Насколько мы благодарны за то, что Россия наложила вето на предложение британской резолюции, которая должна была выставить сербов в качестве народа, виновного в геноциде. Я много раз об этом говорил — и не только здесь, в Белграде, и не только для российских СМИ, но и для всех других, что Сербия не будет вводить санкции в отношении Российской Федерации. И не существует такого давления, которое принесло бы плоды.
Иногда, когда едешь на встречи, когда где-то на Западе разговариваешь, то из двух часов разговора один час и 45 минут говорится о связях Сербии и России. Хочу сказать российскому народу, политиков это обычно не сильно заботит, не считая, конечно, президента Путина, который это отлично понимает, но простой народ должен знать, что не всегда Сербии легко. И не забудьте, что Сербия — единственная страна Европы, которая ни на одном международном форуме не голосовала против России, что Сербия — единственная страна, которая никогда ни один вид санкций не ввела против России. Сербия — единственная страна, которая или участвует, или является наблюдателем на военных учениях, которые Россия проводит с Белоруссией и другими странами ОДКБ. Сербия была единственной страной, которая направила гуманитарную помощь в Сирию.
Любой другой путь, который бы мы выбрали в качестве руководящего направления, политически был бы легче для Сербии, но мы выбрали путь независимой суверенной страны, военно-нейтральной, которая хочет сохранять свою дружбу, и которая хочет уважать не только традицию, но и смотрит в будущее. Это не вопрос лишь наших традиционных отношений, как это обычно кто-то хочет представить. Это вопрос наших будущих отношений, и в этих будущих отношениях мы как одно из ключевых действующих лиц видим Российскую Федерацию. Не только в прошлом, не только в великом и величественном Достоевском, великом и величественном Есенине и Пушкине — это вам и любой американец скажет — но и в нашей дружбе, и не только дружбе, но и в отличных отношениях — политических, экономических и любых других в будущем.
— Сербия ставит уже целый ряд лет вопрос о вступлении в Евросоюз. Как идет продвижение на этом пути? И, скажем так, этот курс в Евросоюз не помешает ли Сербии в ее такой принципиальной дружественной позиции в отношении России?
— Сербия находится на европейском пути, причем разница между Сербией и другими странами региона в том, что Сербия не хочет вступления в НАТО, и об этом я недавно сказал лидерам стран НАТО в Брюсселе. Мы этого не скрываем. И я должен сказать, что когда бы мы ни разговаривали с представителями Российской Федерации, они никогда ничего не говорили против европейского пути Сербии. Они всегда говорили, что, конечно, выбор всегда за Сербией, даже в вопросе принадлежности к какому-то военному союзу, даже в этом, много раз мне говорил президент Путин, но говорил, что вы не можете ожидать огромной дружбы от России, если бы сказали, что вы находитесь на пути вступления в НАТО.
Скажу вам, что десять дней назад я был в Брюсселе, в НАТО, перед 29 лидерами стран — членов НАТО я сказал, что Сербия не имеет стремления вступать в НАТО, что Сербия будет сохранять свой военный нейтралитет, что это была и это будет политика Республики Сербия. Что касается отношения к России, то нам и сейчас не открыли главу 31, мне кажется, именно или возможно из-за отношений с Российской Федерацией, но я хочу вам напомнить свои слова, которые я произнес еще в 2013 году, несколько раз повторял в 2014 году и в 2015 году, тогда я возглавлял правительство Сербии, сегодня я президент Сербии и продолжаю быть председателем партии, которая имеет абсолютно наибольшее влияние в парламенте Сербии и в сербском обществе, я сказал тогда: «Пока я здесь и на такой должности, Сербия не будет вводить санкции в отношении Российской Федерации». И это так. Нравится это кому-то или не нравится, это не вопрос для меня. Я думаю, что сербский народ и граждане Сербии такую политику поддерживают, что они продемонстрировали много раз на выборах.
— Я не могу не коснуться, господин президент, наверное, самой больной для вас проблемы — проблемы, которая, я думаю, во всяком случае в вашей голове и вашем сердце занимает большое место, — это отношения Белграда и Приштины. Это, естественно, больная тема — все, что связано с проблемой вокруг Косово, отношений с Сербией. Какие вы видите продвижения в этом вопросе? Какие шаги нужно сделать? Чего ожидаете в ближайшем будущем в этом направлении?
— Видите ли, я хочу нашим друзьям в России, гражданам России, но также и всем остальным сказать несколько вещей. Ситуация в Косово и Метохии сложна, здесь живет большое количество албанцев и, особенно после изгнания сербов 1999-го и 2000 годов, значительно меньшее количество сербов. Прежде всего скажу, что эти сербы живут сейчас в КиМ (Косово и Метохии) и их не меньше, чем их было в 2000 году. Это та вещь, которая нам удалась и политикой мира, и политикой поддержки, которую мы оказывали нашему народу в Косово и Метохии вместе со своими друзьями. С другой стороны, мы всегда хотели разговаривать о мире, о будущем с албанцами. Мы достигли Брюссельского соглашения. Если вы проанализируете Брюссельское соглашение, то увидите, что 60% документа касается формирования Сообщества сербских муниципалитетов. Сегодня 2017 год, мы вступаем в 2018 год, Сообщество сербских муниципалитетов не сформировано.
То, что должна была сделать сербская сторона, — и вопрос региональной полиции на севере, и вопрос юстиции, и вопрос телекоммуникаций, и вопрос структур гражданской обороны — сербская сторона выполнила. Суть в том, что на сербов оказывают огромное давление, и оно всегда оказывается по этому вопросу с Запада. Сербы должны выполнить все, а на албанцев не существует абсолютно никакого давления. Это то, что для нас является проблемой, мы с этим сталкиваемся и, боюсь, я не большой оптимист по вопросу нахождения долгосрочного решения с албанцами, но я сделаю все от меня зависящее, чтобы такого решения достичь. Но я не вижу, чтобы эти проблемы были легко решены, просто, как это говорится, для танго всегда нужны двое, вы не можете сами выйти и танцевать.
— Ну, вообще Балканы — уникальный регион еще и потому, что здесь разные этносы расположены в разных местах, и, в частности, так исторически сложилось, что в соседней Боснии и Герцеговине жило очень много сербов, там даже есть Республика Сербская, внутри Боснии и Герцеговины. Такая мини-Сербия, что ли, внутри Боснии и Герцеговины. Вот как у вас складываются отношения с этим регионом Боснии и Герцеговины? Какова их роль? Как вы видите взаимоотношения с этой частью? Там живут родные этнически вам люди, с другой стороны, они живут в другой стране.
— У меня есть тезис, который, как мне кажется, разделяют все люди в Сербии: мы уважаем целостность Боснии и Герцеговины, но любим Республику Сербскую. Что естественно, нормально, логично — мы один народ. Мы имеем, как говорит президент Додик, наилучшие отношения, самые лучшие отношения между Сербией и Республикой Сербской. Пять лет назад я и господин Додик договорились об одной вещи: даже когда у нас разное видение одних и тех же вопросов, и что бы не случилось, пусть никогда Сербия не сделает ничего против Республики Сербской, а Республика Сербская — против Сербии.
И можете заметить, что у нас за эти пять лет ни разу не случилось, чтобы СМИ Сербии говорили плохо о Республике Сербской или СМИ Республики Сербской говорили плохо о Сербии. Сербия вкладывает средства и помогает в строительстве школ, детских садов, больниц, мы довольны, что мы можем это делать. Мы инвестируем в реконструкцию дорог, инфраструктуры во многих местах Республики Сербской и продолжим это делать. Думаю, доволен президент Додик и наш народ в Республике Сербской, мы продолжим такое сотрудничество и в будущем.
Сейчас 31% в Боснии и Герцеговине — сербы, 28% в Черногории — сербы. И когда люди говорят о больших сербских преступлениях и том, что происходило в бывшей Югославии, то лучший пример — Сараево, в котором жило 158 тыс. сербов перед войной, а сейчас живет всего 1 тыс. сербов. Куда исчезли 150 тыс. сербов? И тогда встает вопрос: извините, а реальны ли разговоры об исключительно сербских преступлениях, объективны ли они и имеют ли они фактологическую и юридическую основу?
— Вы, господин президент, въехали в этот президентский дворец, я бы сказал, на гребне вашего успеха в качестве премьер-министра. Возглавляя правительство Сербии, вы объективно достигли очень больших успехов и в снижении безработицы, и в сфере инфляции, и в росте ВВП — это все реальные достижения, которых у вас не отнять. Более того, насколько я знаю, по оценке Всемирного банка, за последние два года, когда уже вы в качестве президента, в том числе, рейтинг Сербии поднялся на 30 пунктов вверх, что является безусловным успехом Сербии в экономическом развитии. Вот в качестве президента, вы относительно недавно в этой должности, каковы ваши главные приоритеты по развитию Сербии? Какие видите шаги, которые необходимо сделать, чтобы Сербия и дальше двигалась по восходящей вверх?
— Хочу поблагодарить вас за то, что вы заметили успехи Сербии, и только одну мелочь исправлю: мы поднялись на 50 мест в прошедшие три года, мы были 93-ми, сейчас мы — 43-и в мире. Мы ожидаем, что в следующем году будем среди первых 30 стран, но хочу подчеркнуть одну вещь: я очень горд реформой сферы наших общественных финансов, которую мы провели наилучшим образом, хотя она была очень нездорова. Вопреки тяжелым реформам, люди за это время трижды оказали наибольшее доверие и мне, и партии, которую я возглавляю. Всего через месяц зарплаты, которые люди получат в государственном секторе, станут минимум на 10% выше, и пенсии для 88% пенсионеров будут выше, чем когда бы то ни было.
Люди впервые смогут ощутить результаты успешных реформ и действительно жить все лучше. Если вы прошли через Белград, то смогли увидеть, что это все более красивый и обустроенный город, город с большим количеством строек, который действительно живет, строится, и в котором много делается. Нам удалось снизить безработицу с 25,9% до 12%! Если взять наш третий по величине город — Ниш, город имел всего одну фабрику, американскую фабрику сигарет Philip Morris. Сегодня в Нише семь фабрик, все шесть я или привел в Ниш, или мы сделали это с помощью наших друзей, и уже завтра Ниш будет жить иначе. В Нови-Саде мы открыли три фабрики и один научно-исследовательский центр — немецкий Kontinentalа, таких вложений не было в город, а это второй по величине город в Сербии за прошедшие 35 лет.
Сегодня, когда я президент, мне бы хотелось сохранить мир и стабильность в регионе, так как это условие прогресса нашей страны. Хотел бы, чтобы этот исторический конфликт мы однажды навсегда бы решили, надеюсь, что нам это удастся, но, еще раз повторю, я не оптимист в этом вопросе. Во всяком случае, ключевая вещь на такой тяжелой территории — именно сохранение мира и стабильности, это условие нашего экономического движения и экономического прогресса. Поэтому все свои силы я посвящу этому, как и, конечно, защите безопасности Сербии, уверенности граждан Сербии, так как это считаю также очень важным и одним из ключевых вопросов.
Извините, что я так долго говорю, я занял уже вдвое больше времени, чем вы планировали.
— Нет, вы знаете, нам безумно интересно, и поверьте, это интервью будет воспринято русской аудиторией с очень большой благодарностью. Подарите ли мне еще десять минут, господин президент?
— (Говорит по-русски — прим. ТАСС) Конечно, конечно!
— Сербия не только мультинациональная, мультикультурная страна, но и многоконфессиональная. И даже сейчас, проезжая по Белграду, видно, как Белград готовится к католическому Рождеству, а потом будет православное Рождество. Здесь мирно проживают и католики, и протестанты вместе с православными, и мусульмане, и иудеи. Это, как я понимаю, результат определенной политики и традиций межконфессионального мира, которые были традиционны для Сербии, но в то же время политики, которую проводит сербское государство. Что вы считаете важным на этом пути, чтобы этот хрупкий конфессиональный мир был постоянным и сохраненным?
— Мы много вложили в это, спасибо вам, что заметили, мы много вложили в это энергии и сил. Сегодня, скажем, когда венгерские представители — премьер Орбан и, скажем, (глава МИД Венгрии — прим. ТАСС) Сийярто, выступают в Европейской комиссии, они говорят, что было бы хорошо, если бы многие другие европейские страны, которые уже являются членами ЕС, имели бы такое отношение к национальным меньшинствам, как Сербия. Мы с Венгрией, которая имеет большое число представителей своего народа, живущего здесь на территории Сербии, установили наилучшие возможные отношения.
Это стало возможно благодаря поиску компромиссов, огромной энергии со стороны венгерского премьер-министра и президента, а также благодаря нашей энергии и стремлению достичь компромисса на основании исторических тяжелых обстоятельств, имевших место между нашими народами. Огромный труд мы вложили в развитие наших отношений с бошняками, недавно я проехал с президентом Эрдоганом в Нови-Пазар, его заявления были очень хорошими для мусульман, которые там живут. Православные меня встретили аплодисментами, с воодушевлением, а мусульмане — со скепсисом, некоторые даже свистели. Но я выдержал это, остался на сцене, обратился к ним, в конце начали аплодировать все. Также я благодарен за действительно хорошие предложения президенту Эрдогану, мы должны жить вместе, мы хотим жить вместе.
Хотя католиков живет в Белграде немного, мы с вниманием отмечаем и католическое Рождество, так же, как отмечаем православное Рождество 7 января — тогда же, когда и русский народ. Мы думаем, что эти различия — наше богатство, а не наша проблема, поэтому мы будем еще больше вкладывать сил в наше единение, в наше будущее, так как думаем, что люди различаются тем, что они могут сделать полезного, а не тем, к какой вере и к какому народу они принадлежат.
— Кроме рождественских праздников, вообще в Сербии традиционно почитают разные праздники, есть один, который для меня очень интересен. Я хотел, чтобы вы о нем рассказали. Его нет ни у какого народа — это праздник Крестной Славы. Это — уникальный праздник Сербии, и, мне кажется, это очень важная, тонкая история сербская.
— Сейчас существуют разные теории, как у сербов появилась Слава. Тем не менее сербы празднуют свою Крестную Славу. Скажу вам одну очень интересную вещь: около 55% сербов празднуют Славу на святого Николая. Эта Слава празднуется 19 декабря, когда я буду с визитом у президента Путина. И это и моя Слава тоже, Крестная Слава семьи Вучич, и это будет, думаю, второй раз, когда меня не будет дома в этот праздник.
Я уже спрашивал и попросил своих российских хозяев, чтобы 19-го утром, поскольку встреча с Путиным будет, вероятнее всего, в раннее вечернее время, было найдено немного времени, чтобы я смог сходить в какую-нибудь церковь возле отеля. Не могу сказать, что я очень верующий человек, но у нас есть обычай идти в этот день в церковь, помолиться Богу, зажечь свечи. Так что я вместо церкви св. Марка, здесь, в Белграде, куда мы ходим каждый год, когда мужчины идут разрезать колач (обрядовый хлеб — прим. ТАСС), сделаю это на этот раз в Москве перед встречей с Владимиром Владимировичем.
Есть еще одна, возможно, интересная для русского народа вещь, это особенно характерно для сербов с севера Косова и всего Косова, для сербов из Боснии и Герцеговины, не говорю, что только для Республики Сербской, так как мой отец происходит с территории, которая относится к Федерации Боснии и Герцеговины, а не к Республике Сербской, он серб, усташи у него убили всю семью в ходе Второй мировой войны… У нас существовал обычай, что мы угощаем гостя всю ночь и ни в коем случае нельзя присесть. И когда к вам приходят ваши гости, вы, как хозяин, довольны только тогда, когда оказали наибольшее гостеприимство по отношению к вашему гостю. Сербам вы можете сказать, что угодно, можете их обидеть — сербы как-то переживут это, но есть одно оскорбление, которое считается самым тяжким, и которое сербы вряд ли когда бы то ни было смогут забыть. Это если вы им скажете, что они негостеприимны, были негостеприимны и не приняли вас наилучшим образом. Это такая особенность, связанная с нашей Славой, есть еще моменты: по нашим православным канонам Слава на св. Николая — постная Слава и отмечается во время великого Рождественского поста.
Между тем, особенно в регионах, где сербы были меньшинством, они соревновались с мусульманами и католиками, так как вскоре будет богатая католическая рождественская трапеза, до этого была богатая байрамская трапеза, тогда и сербам позволялось вынести гостям поросенка, хотя это и противоречит православным канонам, но это был способ показать, насколько они состоятельные, ведь если вы вынесете гостям форель, скажут, что вы, сербы, неуспешные, бедные… А если вынести поросенка, то видно, что мы много заботимся о нашей вере. И таких удивительных обычаев много, и в разных сербских регионах это по-разному применяется. вы видите, сколько всего у меня вызвал ваш вопрос о сербской Славе. Так что я верю, что и те россияне, которые приедут в нашу страну во время празднования важных дат — Великих Слав — таких, как св. Николай, св. Архангел Михаил, св. Георгий, св. Иоанн 20 января, на эти Великие Славы всегда смогут встретить поистине праздничное отношение в нашей стране.
— Вы знаете, господин президент, я знаю еще одну обиду, которую сербы не терпят. Очень сербы обижаются, если им сказать, что они плохие родители. Вот вы — отец уже троих детей. Недавно у вас с вашей супругой Тамарой появился мальчик, ему полгода. Это же самое сладкое время, по-моему, когда ребенку полгода. До года — это вообще самое сладкое время для родителей. Так что вы — счастливый отец и хороший отец, судя по всему, поэтому к вам эти слова не могут быть отнесены. Но вот в нынешнем качестве президента, как часто, тем более когда у вас в шесть утра начинается рабочий день, как часто вам удается пообщаться с таким молодым героем, как ваш полугодовалый сын?
— То, что вы сказали, что я хороший отец, — не знаю, так как мало времени провожу с Вуканом, но бескрайне его люблю…
— Это была скрытая ирония, господин президент…
— И он мне дает, он мне дает огромную энергию, как и мои Данило и Милица. Я горд своими тремя детьми. Моя дочь ходит вот уже девять лет, как вы знаете, в русскую школу (Школа при посольстве РФ в Сербии — прим. ТАСС). Ходила и в дошкольное отделение, и говорит по-русски как на родном языке, она говорит и по-английски как на родном, все лучше говорит по-немецки, и я действительно счастлив из-за этого.
А Вукан — маленький умный мальчик, вероятно, нет ни одного отца, который бы не сказал этого о своем ребенке. А Данило — как я в молодости, полностью посвятил себя (или почти полностью) национальным вопросам сербов и для него вопрос Косова — единственный вопрос, он, вероятно, не заботится о зарплатах, пенсиях и всех остальных вещах, он каждый год несколько раз едет на Косово, посещает наши монастыри, наши исторические места, он добрый ребенок, и я очень благодарен Богу за это и горд им.
— Вы сказали, что ваша дочка Милица уже девять лет ходит в русскую школу. И действительно приятно, что она так свободно владеет русским языком. Но, насколько я знаю, и в прошлый раз, встречаясь с вами, я в этом убедился, вы сами, господин президент, прекрасно говорите по-русски. И даже сейчас вам не нужен переводчик, чтобы понимать мои вопросы. Может быть, вы бы сказали что-нибудь по-русски нашем телезрителям. А я для этого предложу вам самую простую тему, которая понятна, даже если говоришь с акцентом. Я знаю, что вы — большой поклонник футбола. Поздравляю с тем, что команда «Црвена звезда» блестяще играет, это дополнительная радость вам как президенту. В будущем году в России, как вы знаете, будет чемпионат мира по футболу. Собираетесь ли вы приехать на этот чемпионат? Вы будете там желанным гостем, мы будем рады вас там видеть. Насколько особое место среди ваших хобби занимает футбол?
— (Говорит по-русски — прим. ТАСС) Прежде всего, большое спасибо за очень добрые слова. Но я еще бегло не говорю и прекрасно не говорю, но, конечно, все понимаю. Да, я болельщик клуба «Црвена звезда». Мы очень благодарны "Газпрому", потому что без «Газпрома» нам никогда не удалось сделать таких успехов, которые мы сделали. Что касается русско-сербских отношений, мне надо сказать, что у нас очень хорошие отношения, и сербы считают русский народ очень близким народом. И тоже наши страны — Сербия и Россия — всегда были и всегда будут дружескими. У нас, как я уже сказал, очень хорошее сотрудничество в различных областях, почти во всех вопросах. И надеюсь, что нам удастся сохранить и увеличить это сотрудничество на самом высоком уровне. Всем гражданам России я желаю всего доброго, всего хорошего, всего наилучшего.
Крепкого здоровья и много успехов, личных побед и этого же желаю президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу. Я уверен, что Сербия и Россия всегда будут дружескими странами, нам много нужно сделать в будущем, что нам не удалось сделать сегодня. Да, как я уже сказал, я болельщик, но лучший болельщик Сербии, болельщик не только клуба «Црвена звезда». И думаю, что много сербов приедут на Чемпионат мира не только в Москву, но в Калининград и Самару. Всего доброго вашему русскому народу и, конечно, всего доброго нашим совместным проектам. Большое спасибо еще раз.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео