4 декабря 2017, BFM.RU

«Брекзит», Ирландия и границы ЕС

Британский премьер Тереза Мэй в понедельник в Брюсселе проводит важную встречу с председателем Европейской комиссии («правительство» ЕС) Жаном-Клодом Юнкером и председателем Европейского совета («президент» ЕС) Дональдом Туском. Встреча предваряет предрождественский саммит ЕС в полном составе через десять дней, на котором, в случае успеха сегодняшних переговоров, будет дан «зеленый свет» полноформатным переговорам о новом торговом соглашении между ЕС и Великобританией.
Договоренность необходима по трем главным вопросам: о взаимном определении статуса иностранных граждан в Британии и в ЕС, о «счете за развод», то есть оплате по уже взятым обязательствам перед Европой и о границе между Северной Ирландией и Республикой Ирландия, остающейся в Союзе. Ги Верхофстадт (Бельгия), представляющий Европарламент по вопросам «Брекзита», заявил, что соглашение возможно. По мнению других аналитиков, шансы по-прежнему половина на половину.
У Терезы Мэй переговорные позиции явно слабее, чем у «брюссельского обкома», где заправляет франко-германский тандем, не просто уставший от «трудного человека Европы» — Британии, но имеющий и определенный материальный интерес в смещении центра веса, особенно в финансовых делах, из Англии на континент. Финансовый регулятор ЕС, Европейское управление банковского надзора (EBA) уже решил перебраться из лондонского Сити в Париж. Но и терять Англию как выгодный рынок и важный центр европейских финансовых дел тоже невыгодно.
Тереза Мэй ослаблена и острой борьбой внутри правящей консервативной партии, и сопротивлением североирландской Демократической юнионистской партии любому компромиссу по пограничному вопросу, но еще больше изменением настроений среди самих британцев спустя полтора года после референдума по «Брекзиту». Когда голосовавшие за выход задумались о том, во сколько это обойдется им же самим, то внезапно засомневались — а стоит ли игра свеч? Или может так — чтоб у нас все было, но нам ничего за это не было?
По оценкам, «развод» обойдется в сумму от 50 до 77 млрд фунтов. Рыбопромышленный центр Гримсби хочет, чтоб ему дали статус открытого порта, потому что почти вся рыба туда поступает из Норвегии и континентальной Европы. Фермеры Корнуолла тоже требуют предоставить им режим открытых дверей: некому убирать урожай. Владелец капустной плантации Дэвид Симмонс говорит, что у него 90% сборщиков — это сезонники с континента. Если их перестанут пускать, то все его кочаны и брокколи сгниют на корню. Местные не хотят копаться на грядках даже за 12-14 фунтов в час (в районе 1000 рублей). Одна медсестра NHS, национальной службы здравоохранения, говорит: «Когда мы голосовали за „Брекзит“, многие и, правда, верили, что в службу сразу потекут обещанные нам „брекзитерами“ 350 млн фунтов в неделю». Теперь видно, что это не так.
Теневой министр бизнеса лейборист Чука Умунна на днях сделал редкое среди политиков высшего ранга признание: теперь, когда стало ясно, во что обойдется «Брекзит», пора задуматься и спокойно обсудить, стоит ли он этого? До сих пор в британском истеблишменте мало кто осмеливается прямо высказаться против «Брекзита», за исключением малой партии либерал-демократов. Все остальные твердят: «Уважаем волю народа».
Ирландская граница — одна немыслимо трудная преграда. О ней в дебатах перед референдумом часто забывали. Многим казалось, что Англия — это что-то вроде неприступного замка, отделенного от Европы широким рвом-проливом. Закроем ворота, поднимем разводные мосты, и все дела. Как бы не так! Остается большая сухопутная граница с ЕС — между Ирландией и Северной Ирландией, частью Соединенного королевства.
Многие ирландцы помнят, что еще сравнительно недавно, в 1970-1980-х годах это была чуть не линия вооруженного конфликта. По ней ходили вооруженные патрули, сейчас еще осталось свыше 250 укрепленных пограничных и таможенных постов. Ирландские террористы взрывали, похищали, калечили людей, даже в Лондоне. Тэтчер в одной из акций чудом осталась жива. Переговоры об урегулировании шли много лет, сначала секретно, потом официально и завершились только в 1998 году «соглашением Страстной пятницы». Потом, с созданием открытых границ внутри Европейского союза, конфликт, казалось, вовсе сошел на «нет». Южная Ирландия, Республика — один из самых проевропейских членов ЕС превратился в стремительно развивающуюся страну, и из финансового кризиса вышел одним из первых. Там разместили свои европейские штаб-квартиры многие многонациональные гиганты, вроде Apple. Фермеры из Ольстера свободно возят молоко на сырный завод через границу, а компьютеры, собранные в Ирландии, едут в Англию и по всей Европе. Никому не хочется возвращаться к старым недобрым временам.
Правительство Республики Ирландия настаивает на сохранении открытой или, по крайней мере, «мягкой» границы. Муссируется идея отодвинуть «настоящую» границу между ЕС и Британией в море. Но тут встают на дыбы североирландские юнионисты: для них это означает попытку отделить Северную Ирландию от Соединенного королевства и тихой сапой присоединить ее к югу — Республике Ирландия. Помимо самой абсурдности идеи многослойной границы, есть еще и важное обстоятельство политической арифметики: правительству Мэй для рабочего большинства в парламенте необходима поддержка десяти депутатов DUP (юнионистов) Ольстера. Если они почувствуют, что с границей происходит какой-то мухлеж, правительство тори рухнет.
Ситуация невозможная: и жесткой границы никто не хочет, и без границы «Брекзит» теряет всякий реальный смысл.
Тереза Мэй Ги Верхофстадт Консервативная партия ЕС Еврокомиссия Европейский совет Apple ЛДПР Другое Ирландия Великобритания
Оставить комментарий

Главное по темам

Вечный огонь у могилы Неизвестного солдата проверили накануне Дня защитника Отечества

00:25

Новую парковку в аэропорту Волгограда построят ответственные за ямы и снег на дорогах

00:24

Штурман-испытатель Олег Коршунов: на Украине «чахнет» вся авиационная отрасль

00:21

Кабмин РФ рассмотрит проект об уточнении видов необлагаемых налогом доходов волонтеров

00:20

Законы, вступающие в силу 22 февраля

00:17

Видеоновости

Статьи

ПРО США: деньги на ветер

Неудача американских военных обошлась налогоплательщикам в $130 млн

Почему России повезло, что она — не Европа

Большинство граждан западноевропейских государств не считают Россию частью Европы, показал опрос, проведенный французской компанией IFop.

Заблудились и погибли: почему Израиль сбил ливийский «Боинг»

45 лет назад Израиль уничтожил ливийский пассажирский самолет над Синайским полуостровом.

«Домохозяек обычно заражает муж»

Почему беспорядочная сексуальная жизнь россиян приводит к эпидемии рака

«Это системная проблема. Система не работает, поэтому люди крадут»

Если энергетический сектор Украины удалось очистить от коррупции, то теперь от этого страдают военные, пишет The New York Times.

Фоторепортажи