Ещё

Полицейские ищут виновных в порче земли 

Полицейские ищут виновных в порче земли
Фото: Красный Север
Ущерб от нефтяных пятен может доходить до десятков миллионов рублей.
Более полусотни разливов нефти нашли на Ямале за август и сентябрь. Экологии причинен немалый ущерб. Материалы прокурорских проверок направлены в полицию, возбуждены 54 уголовных дела.
Львиную долю нарушений за которые призовут к ответу неф-тяников, выявила природоохранная прокуратура. Разливы случились из-за утечек, допущенных нефтедобывающими компаниями на юге автономии. Происшествия зафиксированы на Барсуковском, Вынгапуровском, Еты-Пуровском, Муравленковском, Крайнем, Суторминском, Сугмутском и Новопурпейском месторождениях. Общая площадь залитой углеводородами земли, — более 14 гектаров, сообщил «КС» помощник природоохранного прокурора ЯНАО . По данным собеседника, ущерб северным лесам оценен в 74 миллиона рублей.
Ведомство направило материалы проверок в ОМВД России по Пуровскому району. Стражи порядка возбудили уже сорок с лишним дел о порче земли. Еще десяток постановлений находятся на рассмотрении.
Отметим, практически все нарушения случились на территории Пуровского района, от Губкинского до Ноябрьска. Там и добывают основной объем ямальской нефти. В Ямальском районе тоже качают «черное золото», но объемы добычи на полуострове меньше, и предприятие начало работу совсем недавно: инфраструктура вся новенькая. На юге же свой век доживают трубы, проложенные еще при Советском Союзе. Добавляют нагрузки на трубопровод и особенности нефти, добываемой в тех местах. Почти 95 процентов объема жидкости, которую выкачивают из скважин, составляет не углеводородное сырье, а обычная вода. А она несет с собой и песок, обдирающий внутренности дряхлых труб не хуже наждачной бумаги. В результате нефтепровод разгерметизируется, а пока образовавшийся в трубе свищ заделывают, нефть неизбежно успевает разлиться — где на сотню квадратов, а где и на несколько гектаров, поясняет Александр Мартыненко.
ДЕТАЛИ
Как и кого наказывают за разливы?
Наказание, которое предусматривается за порчу земли — от штрафа до исправительных работ на срок до двух лет (ч. 1 ст. 254 УК РФ). Однако этому наказанию можно подвергнуть лишь конкретное лицо, которое суд назовет виновником ЧП.
Когда дела по разливам возбуждались, подозреваемых еще не было — их предстоит установить дознавателям ОМВД.
— Вообще персональную ответственность за деятельность предприятия несет его руководитель. Но в любой структуре должностные обязанности распределены. Если происшествие стало результатом коррозии труб, отвечать за происшествие будет начальник управления эксплуатации трубопроводов (УЭТ). Директора компании в такой ситуации тоже можно призвать к ответу. Для этого придется доказать, что его информировали о проблеме, но он под личную ответственность распорядился эксплуатировать аварийное оборудование, — говорит Александр Мартыненко. — А возможно, вина лежит на том, кто приобрел некондиционные трубы или работниках, сваривших их с нарушениями. В каждом таком случае множество нюансов. Но, вероятнее всего, виновных всё-таки найдут в УЭТ.
Дополнительно сами компании могут привлечь и к административной ответственности. В этих случаях применяют ряд статей КоАП, к примеру, 8.31 (антисанитария), 8.32 (нарушение правил пожарной безопасности в лесах), 8.5 (сокрытие или искажение экологической информации), 9.1 (нарушение требований промышленной безопасности), 9.5 (нарушение установленного порядка строительства, реконструкции или капремонта).
Больнее же всего по карману нефтяникам бьют исковые заявления о возмещении ущерба. Причиненный природе урон в некоторых случаях «тянет» на десятки миллионов.
— Есть разливы, где виновников уже не удастся привлечь к уголовной ответственности по истечении срока давности, а вот срок возмещения причиненного вреда еще не истек — он составляет двадцать лет, — уточнил собеседник.
КОММЕНТАРИИ
До суда доходит редко: добытчики возмещают ущерб
, первый заместитель директора департамента природно-ресурсного регулирования, лесных отношений и развития нефтегазового комплекса ЯНАО:
— Нефтяные разливы в округе случаются — это факт. Но у них есть определенные причины, которые не всегда связаны с нарушениями технологии или «человеческим фактором» — дело в состоянии трубопроводных систем. И автономному округу, с точки зрения последствий аварии, намного легче, чем нашим соседям: на Ямале добывают в основном газ, так что риски загрязнения почвы меньше. Когда мы общаемся с коллегами из ХМАО, где приоритет — нефтедобыча — там другая картина.
Добытчики стремятся реагировать на происшествия, имиджевый урон им не нужен — компании у нас работают серьезные, практически все имеют выход на зарубежные рынки, проходят сертификацию по международным стандартам. Вторая составляющая, тоже немаловажная — штрафные санкции и взыскание ущерба.
Мы тесно взаимодействуем с природоохранной прокуратурой и прокуратурой ЯНАО. Выстроили работу и с коренным населением: тундровики, которые каслают и видят последствия разливов, не считают зазорным обращаться в уполномоченные органы. На каждый факт лесной надзор реагирует оперативно — сотрудники выезжают, отбирают пробы, рассчитывают ущерб и формируют исковые требования к компании, допустившей разлив. Практика показывает, что большая их часть удовлетворяется в досудебном порядке. Дальше дело техники: предприятия подготавливают проекты рекультивации нарушенного участка, планируют уборку загрязнения и принимают меры.
Опоздавший на рейс пассажир устроил погром
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео