Ещё

Туристы на «мёртвой дороге»: погубят или спасут? 

Фото: Красный Север

Салехардец Игорь Сегеда решил пройти свой однодневный маршрут по следам 501-й стройки вместе с компанией единомышленников, давно мечтавших собственными глазами увидеть места, вошедшие в историю. Поход, признаётся Игорь, воспринимали скорее как приключение.

«УЖАС ИСПЫТАЛИ В КАРЦЕРЕ»

В семь утра семеро смельчаков на двух машинах отправились по дороге Салехард — Надым.

— Нам повезло: погода на выходные выдалась шикарная. Солнечно, плюс восемь, — вспоминает Игорь. — Какие-то специальные приспособления мы с собой не брали, только рюкзаки с сухпайком, термосом и подходящую одежду и обувь — все бывалые туристы. Ну и запаслись петардами и фальшфейерами на всякий случай. Мало ли, вдруг на медведя набредём. Кстати, петардами пару раз воспользовались, услышав шорох в кустах.

Миновав десятки километров, съехали на обочину. Там и оставили машины. Дальше нужно было идти пешком больше двенадцати километров.

— Хорошо, сохранилась тракторная колея, вот по ней и шли. Дважды пересекали болото, преодолевали какие-то ручейки. Потом вышли к железной дороге, по которой протопали ещё пару часов. Кстати, железка на насыпи неплохо сохранилась, хоть сейчас бери и запускай узкоколейку для туристов. Демидовские рельсы настолько качественно вылиты, что ещё лет сто-двести простоят в тундре. А вот мосты в ужасном состоянии. Один даже сгорел, только рельсы в воздухе висят.

Первое, что увидели путешественники, приближаясь к лагерному пункту, сторожевая вышка: деревянная, слегка покосившаяся.

Помещения оставляют жутковатое впечатление.

Примерно 30–40 процентов зданий 501-й стройки выглядят неплохо. Но сколько они продержатся, неизвестно.

В карцере печь стоит прямо в центре коридора.

— Многие, кто побывал там, говорят, что на территории зоны особая атмосфера — мрачная и устрашающая. Мы ничего такого не почувствовали, может быть, потому, что ярко светило солнце. Разбрелись кто куда — хотелось молча побродить, посмотреть, подышать.

Внимание привлекли бараки с решётками на окнах. Большинство из них разрушены, из груды досок только печки деревянные торчат.

— Там всё, как описывают: деревянные нары в два яруса, колючая проволока по периметру, — продолжает Игорь. — Ужас мы испытали, когда попали в карцер. Если в обычных бараках печка стоит таким образом, что хоть одна стенка, да греет комнатку, то в карцере печь стоит прямо в центре коридора, а комнаты без окон находятся по сторонам. В дверях только маленькое окошечко для передачи еды. Грубо говоря, охранник греется у печи, а заключённые промерзают до костей… Ещё кое-что удивило — в некоторых постройках на выбеленных стенах есть рисунки, что-то вроде самодельного разноцветного потолочного плинтуса: цветочки, листики, узоры. Видимо, разрешали рисовать. Интересно, чем сделаны росписи, ведь краски наверняка не было.

«ЖАЛЬ И ЗАКЛЮЧЁННЫХ, И ИСТОРИЮ»

Каких-либо мелких предметов (тарелки, кружки) почти нет. Только железные дверные ручки.

— Правда, одну ложку с выцарапанной надписью «Вася» нашёл на чердаке обрушившегося здания. Ещё там была куча бутылок. То ли они с тех пор, то ли туристы бросили много лет назад, неизвестно. Вообще, если говорить о мусоре, его там не так много. Наверное, влияет отдалённость от населённых пунктов. Валяются ржавые консервные банки, какие-то плетёные корзины с подушечками — скорее всего, кто-то устраивал фотосессию. Самодельный стол — свидетельство пикника. Конечно, такого быть не должно. Нужно, чтобы после тебя осталось минимум вреда и максимум пользы. Идеальный вариант — пришёл, посмотрел и ушёл, оставив всё без изменений и ничего не взяв с собой.

Неожиданно, когда собирались уезжать, набрели на обветшавшие деревянные постройки ещё одного лагеря сталинской эпохи.

— Сразу бросилось в глаза то, что здания намного крепче тех, что мы уже осмотрели. Вроде тоже бараки, но в каждую комнату отдельный вход. Даже вид из окон здесь был другим: напротив красивое озеро. Насколько это облегчало жизнь людей, неизвестно. Мы решили, что это пункт для охранников и обслуживающего персонала, — говорит Игорь.

На обратном пути чувствовалась усталость. Поздняя дорога, кромешная темнота заставили путешественников сосредоточиться, погрузиться в раздумья.

— Идёшь и думаешь, как же жалко, что всё это разрушено и заброшено. И жалко не только заключённых, может быть, потому, что ты не знал их лично, но и историю, — продолжает собеседник. — Она не должна больше повториться.

По мнению Сегеды, книги и учебники не расскажут так много и не дадут по-настоящему «прочувствовать» атмосферу 501-й стройки, как само это место.

— Хорошо бы сделать там пристанище для туристов, восстановить какой-нибудь барак. Установить таблички по дороге до пункта назначения: указать километраж, сколько осталось идти, даже указать, за какое примерно время можно пройти путь. Очень хочется сохранить хотя бы то, что осталось.

НЕ БЕРИТЕ «СУВЕНИРОВ»!

К сожалению, не все туристы сознательные, поэтому историки задаются вопросом: не приведут ли такие походы к исчезновению всего, что связано с «мёртвой дорогой»? По мнению Вадима Гриценко, сотрудника Научного центра изучения Арктики, гораздо больший урон памятнику нанесли строители, стихия и сборщики лома.

— Многие лагпункты были снесены бульдозерами при создании насыпи автодороги Салехард — Надым. Строители автомагистрали спилили большую часть столбов телефонно-телеграфной линии Москва — Игарка и разрушили большую часть мостов. Видимо, им очень не хватало брёвен и бруса, вот и взяли у товарища Сталина, — с горечью говорит историк. — Рельсы XIX — XX веков, изготовленные в Российской империи и в СССР, Германии, Австрии, США, Чехии, Италии, Люксембурге и других странах, были разворованы на десятки километров. А вот в музеи взять образцы шпал нельзя — запрещено. Кстати, в 2016 году при мне и других свидетелях люксембургские рельсы обнаружил уроженец Люксембурга (ныне — гражданин Швейцарии) Анри Браун. Увидел клеймо рельсопрокатного предприятия и чуть не заплакал от умиления. Он вырос в 15 км от того места, где эти рельсы сделали.

По словам Вадима Николаевича, до пожаров лета 1990 года лагерные пункты в относительно сохранном состоянии располагались через 8–10 км. Сейчас на вопрос о том, сколько их осталось, ответить невозможно. Большое количество сгорело. То, что не сгорело, подгнило и упало. Между Надымом и Салехардом статус объекта культурного наследия имеет лишь один лагерный пункт. «При жизни» ему был присвоен номер 76. Располагается он на берегу реки Лимбяяхи у бывшего разъезда «Глухариный», что в 132 километрах западнее Надыма.

Будучи историком, Вадим Гриценко положительно относится к туристическим маршрутам по следам 501-й стройки.

— Любые походы, связанные с историей страны, хороши. Главное — вести себя на месте как наблюдатель, — говорит он. — Не нужно растаскивать всё по кусочкам. Такие «сувениры» в руках любопытствующих рано или поздно оказываются на помойке и вовсе пропадают для человечества. Хотя и туристическая фирма вряд ли убережёт от растаскивания артефактов. Турфирмы могут организовать людей, возить, просвещать. Но у них один минус перед «диким» туризмом — расписание, «дикари» же могут себе позволить задержаться или изменить маршрут. Из плюсов — более-менее гарантированный объём и уровень экскурсионной информации. Без псевдосенсаций, высосанных из пальца. Но это в том случае, если экскурсоводы опираются на исторические материалы, а не на фантазии «бывалых» туристов.

С 1947 по 1953 годы дорога официально называлась «Строительство № 501 и № 503», поскольку проект был засекреченным. К стройке 501 относился участок Чум — Пур, к стройке 503 — Пур — Игарка. Необходимость строительства железной дороги была вызвана двумя причинами: экономической — освоение северных территорий, богатых полезными ископаемыми, и военно-стратегической — защита Арктики. Основной рабочей силой стали заключённые и спецпереселенцы — от 80 до 100 тысяч человек. Темпы строительства были невероятно быстрыми — около 100 километров в год. После смерти Сталина стройка была заморожена.

Советы тем, кто собирается пройти по «мёртвой дороге» дикарём

• Не ходите в одиночку. Лучше, если в компании будет пять человек и более.

• Наденьте удобную плотную непромокаемую одежду. Обуть лучше треккинговые кроссовки (взять резиновые сапоги для пересечения болот).

• Возьмите петарды и фальшфейеры для защиты от диких животных.

• Возьмите еду и воду.

• В лагпункте ведите себя как наблюдатели, а не расхитители!

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео