Ещё

Почему среди воров в законе много наркоманов 

Фото: Русская Семерка

Всем известно, что наркотик — страшно привязчивая вещь, от которой почти никто не может отказаться, если однажды попробовал этот яд. Не исключение — и воры в законе. А большинство из них употребляют наркотики.

Почему воры законе и положенцы становились наркоманами?

Причин несколько. И часто дело тут вовсе не в прихоти душевной. Во-первых, сказывается специфика работы. Она нервная. Большинство воров в законе начинали карманниками, щипачами. А это филигранная работа связана с риском. Нужна необыкновенная ловкость пальцев и нервная выдержка, чтобы незаметно для человека обчистить его карманы или снять с него часы, и чтобы он при этом ничего не почувствовал и не застукал вора на месте преступления.

А ведь бывает так, что ограбленный вовремя спохватывается и набрасывается на карманника, и тому приходится не только отдавать краденое обратно, но ещё и приплачивать, чтобы потерпевший не поднимал шум. Кроме того, за карманниками всегда охотились сотрудники уголовного розыска. Они смешивались с толпой, часами курсировали в общественном транспорте с целью поймать щипача с поличным. В общем, понятно, что воровская «работа» — дело напряжённое.

Воры в законе, которые начинали свою «карьеру» в тюрьмах и колониях могли стать наркоманами по двум причинам. Кто-то прибегал к наркотикам, чтобы заглушить боль от болезней, ран или побоев. А кто-то с помощью этих опьяняющих средств просто глушил скуку. Если в первом случае популярностью пользовался чистый морфий, который ворам в законе и бродягам за большие деньги доставали врачи (морфий можно было приобрести в каждой советской аптеке), то во втором случае большой спрос был на план и анашу. Многие крадуны и бродяги отдавали предпочтение маковой соломке, стакан которой на свободе стоил 25 рублей. Отвар пили как водку и кололи в вену. Более сильные наркотики поступали на советский наркорынок из Средней Азии через спекулянтов.

Как относились к наркотикам известные воры в законе

У воров в законе было разное отношение к наркотикам. Например, Валерий Длугач (Глобус) вообще не пробовал их, (он вёл здоровый образ жизни и даже не курил). Тюменский вор в законе Андрей Крылов (Крыл) тоже не употреблял. Зато практически все грузинские воры в законе сидели на наркотиках — кто-то кололся, кто-то нюхал. Исключение составляли только Гоги Чиковани, Тристан Сичинава (Горо), Нодари Гогиашвили (Цаула), Аслан Усоян (Дед Хасан) и Захар Калашов (Шакро Молодой).

Наркотиками иногда баловались некоторые славянские воры. К примеру, Владимир Савоськин (Савоська) и Вячеслав Слатин (Ростик) могли раз в месяц уколоться ради развлечения. А вот вор в законе Павел Захаров (Цируль) не мог прожить без этих ядовитых средств и дня. От них он совершенно съезжал с катушек, становился абсолютно невменяемым и, по воспоминаниям близко знавших его людей, с ним невозможно было вести дела. Наркоманом был и Андрей Исаев (Роспись), прославившийся своим непримиримым отношением к кавказским ворам. Авторитетнейший вор в законе Датико Цихелашвили (Дато Ташкентский) попал в зависимость ещё во времена своего первого срока в Средней Азии. Не по своей прихоти подсел на наркотики бывший вор в законе Виталий Козырев (Осетин). В 33 года он вышел на свободу и решил отметить свой день рождения. Но попал в ужасную аварию, в которой сильно пострадал: у него были разорваны печень, селезёнка, отбиты внутренности, проломлена грудь и сломаны ноги. В результате в больнице он пристрастился к наркотикам, и потом не мог отвязаться от них в течение 10 лет.

Вор в законе Отари Тоточия (Батя) использует запрещённые препараты, чтобы заглушать боли, так как его мучает болезнь почек. Из-за тяжелых операций долгое время был зависим от наркотиков тверской вор в законе Александр Северов (Саша Север). Из азербайджанских воров в законе наркотики употреблял Бахтияр Керимов (Бахо Новханинский). Для него причиной появления этой злой привычки стала жестокая расправа, которую над ним учинили сотрудники ГУИН за организацию тюремного бунта. Избили так, что на свидание к матери его носили на носилках. На игле плотно сидел армянский вор в законе Владимир Оганов (Вачикос Шестипалый). А вот его брат Рудольф Оганов (Рудик Бакинский) наркотиками никогда не баловался.

Об отношении к наркотикам вора в законе Вячеслава Иванькова (Япончика) рассказывал сидевший с ним Леонид Семиколенов: «Конечно, если быть лапидарным, то можно сказать вполне определённо, что отрицательно Вячеслав относился. Если же учитывать мудрость Кирилыча, то можно сказать: ситуативно. Помню как-то раз Кирилыч пригласил к нам в камеру достойных бродяг, живущих воровской жизнью. Как правило, по статистике в крытых тюрьмах того времени таковых было немного, примерно 5-10% от всех арестантов. Когда все собрались, Кирилыч по своему обыкновению сказал: „Соратники мои, по нашему обычаю мы можем провести общение за хлебом и солью. В нашем распоряжении имеется хороший коньяк и вино с водкой, также мы имеем сухой морфий, ханку и план. Что бы вы хотели?“ Конечно, сначала в воздухе повисла небольшая пауза, так как все знали, что Кирилыч не любитель иглотерапии. Но потом, переглянувшись, стали говорить, что лучше бы по паре кубиков морфина, чем алкоголь. Кирилыч внимательно выслушал, немного помолчал и произнёс: „Хорошо, решено. С вами за компанию я могу и яда выпить, поэтому полкубика морфина, думаю, мне не повредит, чтобы мы могли иметь общение“. Когда я смотрел на Кирилыча после поставленного ему в мышцу укола, я понимал, что это исключение из правил, хотя и по правилам он никогда не жил. Он жил воровским законом, который так и не смог нарушить до последнего вздоха».

Кто первым запретил наркотики на зоне

Первым вором в законе, который запретил посылать наркотики в общак, стал Сергей Климентьев (Клим). Это произошло, когда в новосибирских лагерях сложилась непрострая обстановка. В каждом лагере заправляли ответственные положенцы, и зоны, по сути, были чёрными. А положенцы и приближённые к ним почти все употребляли наркотики, из чего следовало, что их в основном интересовала лишь общаковая «отрава». Почти все освобождавшиеся арестанты рассказывали, что положенцам в лагерях было не до положения в зоне, их больше волновали наркотики из общаковых запасов. Клим решился запретить «гнать отраву на общее», поскольку это мешало воровскому движению в лагерях. Это был смелый поступок. Клим понимал, что идти против существующей системы — заведомо провальное дело. Многим ворам в законе был выгоден и удобен установившийся порядок вещей, они сами наркоманили, а некоторые были втянуты в наркобизнес. В конце концов через год грузинские воры в законе нашли повод, раздули ситуацию и лишили Клима статуса вора в законе.

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео