Ещё

А. Миллер: Времена дешевых газа и нефти прошли 

«Нефть России», 25.11.08, Москва, 11:39 «Газпром» гарантирует выполнение перед европейскими партнерами своих договорных обязательств вне зависимости от результата нынешних переговоров с Украиной. Об этом в беседе с корреспондентом Handelsblatt АНДРЕАСОМ РИНКЕ заявил председатель правления газовой компании АЛЕКСЕЙ МИЛЛЕР. Принятое правительством России решение о повышении в 2009 году в среднем на 25% цены на газ для отечественных потребителей он назвал необходимой мерой, для того чтобы концерн смог компенсировать уменьшение своих доходов ввиду прогнозируемого в будущем году снижения цены на газ в Европе, — пишет PБK daily.  — Г-н Миллер, после того как цены на нефть упали, могут ли потребители в Европе рассчитывать теперь на то, что и цена газа для них станет заметно ниже?  — Несмотря на то что в четвертом квартале 2008 года европейская цена на газ находится выше отметки 500 долл. за 1 тыс. куб. м, клиенты наши могут быть уверены: в первом полугодии 2009 года она снизится.  — Летом вы предсказывали сильный рост цен на нефть, однако затем произошло их резкое падение. Как звучит ваш долгосрочный прогноз теперь?  — Ввиду нынешней крайней волатильности рынков ясно, что дать точный прогноз будущей цены на нефть или же динамики спроса практически невозможно. Одно я знаю точно: времена дешевых углеводородов прошли. Ранее мы уже предсказывали, что к 2012 году на международном рынке нефти будет иметь место заметный дисбаланс между спросом и предложением. Причина в том, что необходимые для предотвращения этого разрыва инвестиции не были произведены вовремя — еще в 2005 году. Кроме того, освоение новых месторождений становится все более технически сложным делом.  — Не является ли нынешнее падение цены доказательством как раз обратного?  — Нет. Наблюдаемое сейчас снижение цены на нефть еще не свидетельство того, что упомянутый мной дисбаланс не проявится к 2012 году. Совсем наоборот: из-за финансового кризиса нефтяные концерны и сейчас недостаточно инвестируют в добычу. Такое положение дел неизбежно ведет к увеличению дефицита нефти и нефтепродуктов, что, в свою очередь, отразится и на цене нефти. Уверен, что по этой же причине до 2012 года рекордных высот еще достигнет и цена на газ.  — Насколько велики будут в наступающем году потери прибыли «Газпрома» в случае, если экспортные цены снизятся?  — Несмотря на ожидаемый в 2009 году спад цен в Европе, спрос со стороны наших европейских клиентов останется стабильным. Стабильный спрос мы прогнозируем и на самом крупном для «Газпрома» рынке сбыта — в России, где согласно решению правительства стоимость газа должна возрасти в среднем на 25%. Эта мера позволит нам максимально минимизировать последствия от снижения цены экспортного газа.  — Неужели финансовый кризис никак не сказался на вашем бизнесе? Ведь «Газпром» имеет еще и долговые обязательства на 55 млрд долларов…  — Разумеется, при планировании своей деятельности «Газпром» учитывает последствия кризиса на финансовых рынках. В декабре план стратегического развития концерна будет представлен на утверждение наблюдательному совету. Однако падение цены на нефть сказывается на цене газа лишь через шесть-девять месяцев. Поэтому по итогам 2008 года мы ожидаем рекордных показателей выручки и чистой прибыли: примерно 100 млрд и 35 млрд долл. соответственно. Таким образом, что касается нынешнего финансового кризиса, то наше положение является весьма прочным. Нами даже принято решение на некоторое время ограничить получение сторонних заимствований. Мы вполне в состоянии обеспечить выполнение плана инвестиций за счет собственных средств. А задолженность концерна мы снизим на 25%.  — Будете ли вы развивать стратегию своей экспансии и дальше?  — «Газпром» является крупнейшим в мире производителем природного газа. Мы стремимся к тому, чтобы участвовать в бизнесе по всей технологической цепочке: от добычи до бизнеса с конечным потребителем. С учетом своих дочерних компаний «Газпром» уже сегодня имеет доли во многих европейских концернах, в частности в Австрии, Чехии, Сербии, Финляндии, Италии, а также в других странах. Кроме того, вместе с нашими партнерами мы создали в Европе много дочерних компаний и совместных предприятий. Например, вместе с «дочкой» BASF и концерном Wintershall — компанию Wingas-Vertriebsgesellschaft, которая продает природный газ городским сетям и оптовым клиентам, являясь серьезным игроком на немецком энергетическом рынке.  — Кстати, поскольку вы упомянули совместные предприятия, связанные с ТНК-ВР, проблемы дают повод усомниться в том, что «Газпром» действительно заинтересован в развитии международного сотрудничества в «России…  — Разумеется, мы заинтересованы в возможности воспользоваться зарубежным опытом в ходе реализации крупных газовых проектов в России. Участие иностранных компаний в этих проектах может быть различным, однако контроль за месторождениями газа остается, как правило, у „Газпрома“. Например, наш концерн владеет лицензиями на ачимовские пласты Уренгойского газо-нефтеконденсатного месторождения и Штокмановское месторождение. В случае с Южно-Русским месторождением мы имеем контрольный пакет акций в совместном предприятии и права на продажу газа.  — А почему у вас, судя по всему, не возникает проблем в сотрудничестве с BASF и Wintershall? Буквально на днях вместе с главой концерна ВАSF Юргеном Хамбрехтом вы дали старт совместной добычи на Уренгойском месторождении.  — BASF и Wintershall не скрывают, что видят в „Газпроме“ надежного партнера. Нас объединяет стратегическое, в высшей степени открытое и дружеское сотрудничество, и такая кооперация доставляет нам удовольствие. Наши инвестиции в уникальные совместные проекты измеряются'уже миллиардами евро. Так, речь идет о развитии европейской газовой инфраструктуры— про» кладке международного газопровода «Северный поток», совместной разработке газового Южно-Русского месторождения. Таким образом, наше сотрудничество охватывает всю цепочку создания конечной стоимости: от проведения геологических изысканий до реализации на рынке. Мы делим между собой риски во всех сегментах газового бизнеса, а это позволяет достигнуть невиданной до сих пор в энергетической отрасли прозрачности и обеспечивать все более высокий уровень надежности поставок газа. Кроме того, мы находим решения по любым вопросам, будь-то финансирование или сбыт. Кстати, пилотный проект добычи газа из ачимовских пластов (глубже 3600 м) реализуется в России в рамках совместного предприятия, созданного «Газпромом» и немецкой компанией Wintershall.  — Каковы дальнейшие перспективы вашего сотрудничества с концерном BASF?  — В настоящее время мы прорабатываем возможности расширения географии нашей кооперации. «Газпром» и BASF могли бы сотрудничать в деле развития единой производственно-транспортно-перерабатывающей системы природного газа в Восточной Сибири и на российском Дальнем Востоке. Первая презентация этих планов для специалистов BASF и Wintershall уже состоялась.  — Перспектива добычи природного газа в Восточной Сибири связана с поставками его и на рынок Китая. Однако из-за существования в КНР государственного регулирования цены на газ рынок этот считался до сих пор не очень привлекательным. Что здесь изменилось?  — Китай располагает наиболее динамично развивающейся экономикой. Соответственно, быстрыми темпами растет в этой стране и потребление энергии. Вне всякого сомнения «Газпром» рассматривает Китай как важный рынок будущего для осуществления поставок туда природного газа в соответствии с нашей бизнес-стратегией, которая направлена на диверсификацию экспорта и выход на новые рынки. Основой для этого должна стать готовность КНР закупать российский природный газ по связанным с нефтяными ценам.  — Вы ищете партнеров для осуществления проектов только в России?  — Нет. Сегодня мы достигли такого уровня, когда наряду с совместными проектами на территории России уже можем предложить зарубежным партнерам наш опыт и наши технологии для международных проектов. Особенно это касается регионов, климатические условия которых сравнимы с российским севером, например Аляска. Мы имеем большой, я бы сказал даже уникальный, опыт работы в Арктике.  — Имеется в виду кооперация и с концернами из США?  — ExxonMobil, BP и Conoco уже активно работают на Аляске. Поскольку у них есть проекты и в России, мы находимся в постоянном контакте и хорошо знаем эти концерны. Мы даже уже обсуждали возможность участия «Газпрома» в исследованиях и работе на территории Аляски. Пригласили нас и для участия в проведении геологоразведки у побережья Аляски. Теперь предстоит обсудить, какие участки предложат нам американские коллеги для изысканий. Наряду с этими темами обсуждали мы и сотрудничество в сфере производства, обменивались опытом — вплоть до вопросов взаимодействия с местным населением, исторически проживающим в одном из районов добычи.  — Ане мешает ли всему этому политическая напряженность между США и Россией?  — Работа наша основывается на принципах равноправного сотрудничества. Мне бы хотелось напомнить, что наши американские партнеры уже активно участвуют в добыче нефти и газа в России. «Газпром» же, напротив, в США пока не представлен, хотя сегодня все крупные концерны работают в различных регионах мира, поскольку энергетический рынок становится все более глобальным.  — Поможет ли тут то, что в США избран новый президент?  — «Газпром» — компания, работающая на основе экономических принципов. Наш главный бизнес — это удовлетворение потребности в нефти и газе. Главным экспортным рынком для «Газпрома» была и остается Европа. Поэтому итоги этих выборов на наше сотрудничество не влияют — ни на вас, ни на нас. «Газпром» осуществляет поставки своим клиентам в течение уже многих десятилетий. За это время мир пережил множество политических потрясений и серьезных перемен. Однако, несмотря на это, наше сотрудничество с зарубежными партнерами постоянно развивалось. Короче, несмотря на всю, без сомнения, влиятельность США, я не думаю, что итоги тамошних выборов способны оказать серьезное влияние на наш бизнес и на наши планы по его дальнейшему развитию.  — Вернемся в Европу. Имели место сомнения по поводу российских обязательств в связи с газопроводом по Балтийскому морю. Насколько они оправданны?  — «Северный поток» важен для всего континента и является, кстати, интернациональным проектом. Благодаря этому газопроводу возрастет надежность и гибкость поставок природного газа в Европу, что обеспечит удовлетворение растущей здесь потребности в нем. Акционерами компании Nord Stream AG наряду с «Газпромом» являются немецкие фирмы E.ON Ruhrgas, Wintershall Holding и нидерландская Gasunie. Немецкая Europipe и российская ОМК поставят стальные трубы для первой очереди «Северного потока». Основные договора на укладку труб заключены с итальянской фирмой Saipem, а на логистику и создание бетонной оболочки труб газопровода — с французской Eupec. За экологические исследования отвечают датская Ramboll, британская ERM и шведская ММТ.  — Россию и «Газпром» обвиняют в использовании газа и нефти в качестве политического оружия. Что бы вы ответили на это?  — Упрек не имеет под собой никакой основы. Впрочем, действительно в последнее время на Западе то и дело пытаются демонизировать страны-производители, в особенности газодобывающие государства. Лучшим свидетельством того, что «Газпром» никаким политическим оружием не является, служит почти 40-летняя история успешного сотрудничества с нашими европейскими партнерами. Все эти годы «Газпром» строго выполняет все свои договорные обязательства, осуществляя свою деятельность в полном соответствии с признанными международным сообществом рыночными принципами.  — Однако конфликтов избежать все же не удалось. Следует ли ожидать новых в том случае, если «Газпром», как было объявлено, потребует от всех клиентов платить ему по ценам мирового рынка?  — Я прежде всего хочу подчеркнуть, что «Газпром» от партнеров никаких мировых цен за газ не «требует». Цена на газ обычно рассчитывается по ценовой формуле, которая содержится в заключаемых нами долгосрочных договорах. Договорная цена для клиентов из Европы содержит в себе базовую цену и так называемый эскалационный индекс. Базовая цена отражает тенденции как в целом на рынке топлива и энергии, так и в стране-импортере на конкретный день. Сюда, в частности, относится соотношение предложения и спроса, а также конкурентоспособность природного газа в важнейших клиентских сегментах с учетом затрат на транспортировку, хранение и сбыт. Во всех договорах цена на газ привязана к цене на нефть со сдвигом во времени примерно на шесть-девять месяцев. Далее в наших договорах предусматривается право каждого из партнеров потребовать корректировки цены в случае, если ситуация на рынке изменилась. Однако требование это должно быть обосновано и являться предметом коммерческих переговоров. Это служит нашим потребителям защитой от жажды наживы и монополистического произвола экспортеров. Наши отношения с государствами бывшего СССР мы также будем постепенно перестраивать в соответствии с такой моделью. Это приведет к тому, что утверждения о наличии якобы какого-то политического умысла в конце концов сойдут на нет.  — А разве недавний спор с Украиной не имеет политического подтекста?  — В течение всего 2008 года правительство Украины заверяло нас, что все обязательства по транзиту газа — и в этом году, и в будущем — будут строго выполняться, причем вне зависимости от результатов переговоров об условиях поставок для украинских потребителей. Впрочем, эти гарантии сейчас оплаты не касаются. Весь 2008 год прошел под знаком интенсивного российско-украинского диалога. 2 октября между нами был подписан правительственный меморандум о сотрудничестве в газовой сфере. Он предусматривает начало прямых поставок компании «Нафтогаз Украины» на основе долгосрочных договоров. «Газпром» сохранит возможность поставлять конечному потребителю на Украине 7,5 млрд куб. м природного газа в год. Переход же на рыночные формы ценообразования на поставку и транзит газа предусмотрен начиная только с 2011 года, а не уже с года будущего. -… А из-за чего же тогда спор?  — Очень просто: важнейшей предпосылкой всех этих мероприятий является полное погашение всех имеющихся задолженностей. Однако хотя все договоры между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины» уже сегодня к подписанию практически готовы, сделать это практически невозможно. Причина в том, что до наступления холодного времени года Украина свои гигантские внешние долги не оплатила, никаких предложений по их урегулированию или по перенесению сроков возвращения долга не сделала. В то же время задолженность Украины составляет сейчас примерно 2,4 млрд долл.  — Этот конфликт станет в Европе причиной для новых страхов по поводу возможности перебоев в поставках сюда природного газа из России?  — Мне хотелось бы подчеркнуть, что для подобных опасений нет ни малейших причин. Вне зависимости от результата переговоров по газу с Украиной «Газпром» гарантирует своим клиентам в Европе его надежные поставки. Все наши договорные обязательства мы выполним.
Это неполный текст новости
Комментарии  Ещё 41 источник 
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео