ИноСМИ 13 мая 2019

Демилитаризованный, но опасный. Как люди живут в самом опасном районе Сирии? (Raseef22, Ливан)

Фото: ИноСМИ
До заключения международного соглашения о создании демилитаризованной зоны 30-летний Хасан Алайви, чувствовал себя в относительной безопасности, имея подвал в своем доме в Джебель-Шахшабо в Хаме и убежище перед домом.
Его семья укрывалась в одном из этих мест во время бомбардировки: в подвале в случае бомбардировки в отдаленном месте, и в убежище, если это происходило близко.
Их убежище — одно из десятков подземелий, вырытых местными жителями возле своих домов с целью укрытия от бомбардировок. Оно стало их вторым домом, и в этом районе редко можно встретить семью, которая бы не имела такого убежища. Зимой оно защищает детей от холода, когда им приходится спать там ночь или более в зависимости от ситуации.
Все это было до того, как регион стал частью демилитаризованных территорий в Сирии. Этих укрытий теперь недостаточно, и из-за многократных обстрелов самый подходящий вариант действия — бежать как можно дальше.
«Несколько месяцев назад мы уезжали в деревню, недалеко от турецкого военного пункта, но сейчас этого недостаточно», — признается Алайви.
Не так давно после череды переездов на сирийском севере Хасан нашел небольшой дом для своей семьи. Он находится в деревне недалеко от Сармады в провинции Идлиб и за пределами демилитаризованной зоны. Это его второе бегство. Впервые он бежал в 2012 году, потом вернулся и оставался дома до апреля 2019 года, когда, как он выразился, ситуация стала «невыносимой».
В последние дни демилитаризованная зона стала наиболее уязвимой для обстрелов. С 30 апреля и до сегодняшнего дня сирийские и российские самолеты проводят атаки в зоне деэскалации, в результате чего погибли десятки человек и ещё несколько тысяч бежали в более безопасные районы. Они покидают место, которое должны были стабилизировать наиболее влиятельные страны в сирийском вопросе — Россия и Турция.
2 мая было зафиксировано более 100 атак в 30 районах на юге Идлиба и в северной части Хамы. В результате боевых действий из зоны деэскалации было перемещено более 140 тысяч человек.
География демилитаризованной зоны
Демилитаризованная зона разграничивает районы деэскалации, где развернуты силы вооруженной оппозиции, и подконтрольные режиму территории. Соответствующее соглашение из десяти пунктов было заключено после встреч между президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и президентом России Владимиром Путиным на российском курорте Сочи 17 сентября 2018 года. В соответствии с ним эта зона простирается на 15-25 километров вглубь зоны соприкосновения сил режима и оппозиции.
В общей сложности в зоне деэскалации на севере Сирии, которая включает части провинций Идлиб, Алеппо, Хама и Латакия, проживает около трех миллионов человек. Соглашение о ее создании было подписано 4 мая 2017 года в Астане между Россией, Ираном и Турцией.
Демилитаризованные зоны разделены на две части.
The borders of a disarmament zone in #Syria's #Idlib were set during a 3-day meeting this week with a Russian delegation. Taking the geographical structure and characteristics of settled areas into consideration, the borders of the disarmament zone in Idlib have been set. 📸File pic.twitter.com/hJZjyv9vk1
— Mete Sohtaoğlu (@metesohtaoglu) 21 сентября 2018 г.
​Первая находится в стороне территорий оппозиции и простирается вдоль западной части Идлиба (район Джиср-эш-Шугур), южной и юго-западной частей Идлиба (Восточная Эт-Таманиа, Джарджназ, Тель-Султан), западных деревень Хамы (Кастун, Эз-Зияра, Эль-Амкия, Эш-Шариа), северных деревень Хамы (Кафр-Набуда, Эль-Латамна, Морак, Кафр-Зита), а также деревень на юге и юго-западе Алеппо (Заммар, Эль-Айс, Хан Эль-Асаль и Хан-Туман). Вторая расположена в направлении контролируемых режимов территорий и включает северную окраину Хамы (Халфайя, Суран, Аль-Джадид, Махрада, Скальбия), западные деревни Хамы (Шатха, Джорин), деревни на севере Латакии (Джебель-Туркман, Сальма), западную часть Алеппо (Хандарат, Эль-Вадиха, Эль-Хадир) и восточные деревни Идлиба (Абу-эд-Духур и его окрестности), а также другие деревни и небольшие города.
По данным Департамента перемещённых лиц при «правительстве спасения» группировки «Хайат Тахрир аш-Шам» (в которую входят исламистские фракции, в частности, «Фатх аш-Шам» и «Джебхат ан-Нусра» — запрещена в РФ, прим. ред.), в демилитаризованной зоне в районах оппозиции, проживает около 350 тысяч человек. Как отмечают местные активисты, после бегства сирийцев это число уменьшилось, и точных данных о населении на территориях режима нет.
Число жителей в Алеппо и Идлибе считается очень небольшим после разрушения региона и бегства населения. Сирийцы сосредоточены в северных районах Хамы, небольших городах — Скальбия, Махрада, Джорин и Хальфайя.
Что требовалось?
Соглашение о зоне деэскалации предусматривает прекращение боевых действий между конфликтующими сторонами, содействие доставке помощи населению региона, создание контрольно-пропускных пунктов и пограничный контроль для обеспечения выполнения соглашения конфликтующими сторонами и принятия всех необходимых мер для продолжения борьбы с «Исламским государством», ячейками «Аль-Каиды» (запрещены в РФ — прим. ред.) и другими террористическими организациями из списка Совета Безопасности ООН. Также предполагается работа с целью размежевания групп вооруженной оппозиции от террористических организаций.
Что касается российско-турецкого соглашения о демилитаризованной зоне, то стороны обязались вывести оттуда все экстремистские группы к 15 октября 2018 года, а к 10 октября — также все танки, ракетные пусковые установки и минометы, принадлежащие конфликтующим сторонам.
Действительно, с вступлением в силу соглашения было зафиксировано начало вывода тяжелых вооружений с обеих сторон, однако режим не вывез оружие из всех регионов. В то же время экстремистские организации начали выступать против соглашения. Изначально они боролось против сил, поддерживаемых Турцией.
В результате Анкара не смогла вывести эти силы, и режим также не отступил со своим тяжелым оружием из всех районов. Как следствие, спокойствие сменилось незначительными нарушениями, которые с каждым днём усиливались. 25 ноября 2018 года Россия нанесла первый авиаудар по району Хан-Туман в Алеппо, а 30 апреля началась серьезная эскалация.
Стабильность как исключение, а нарушения как правило
«Невозможно определить, кто первым нарушил соглашение. Обе стороны имели свои оправдания. У сирийского режима и его российского союзника таким оправданием стала группа радикальных организаций, выступавших против соглашения ("Джебхат Тахрир аш-Шам" и другие группировки, которые все еще действуют в демилитаризованной зоне, несмотря на попытки Турции вывести их). Что касается оппозиционных сил, то их оправдание — незавершённость процесса вывода вооружений режима из демилитаризованной зоны и присутствие крупных сил в лагерях у линий соприкосновения», — считает Хадифа аль-Хамави, 28-летний журналист из деревни в демилитаризованной зоне.
По мнению аль-Хамави, обе стороны настойчиво нарушали соглашение, а цену заплатили гражданские лица, которые были счастливы в первые дни после его заключения. Затишье длилось более месяца.
Как сообщает Халид аль-Ахмад, глава местного совета в городе Эль-Хавиджа в демилитаризованной зоне, целью были не только экстремистские группировки, но и гражданские объекты в деревнях и сельскохозяйственные угодья.
Он сказал: «В нашем городе, где проживает 7500 человек, нет никаких военных группировок, все жители — это гражданские лица, и они постоянно подвергаются нападениям со стороны сил режима, дислоцированных в лагере Джорин. Оппозиция не несёт ответственности, соглашение нарушает только режим».
Первоначально население демилитаризованной зоны было перемещено в направлении 12 турецких наблюдательных пунктов, развёрнутых в этом районе. Стабильности на расстоянии 400-500 метров от турецкого наблюдательного пункта было достаточно для защиты перемещенных лиц от обстрела, поэтому поблизости создавались временные лагеря.
Однако 29 апреля 2019 года лагерь Эр-Рахма в районе пункта Шер-Магар подвергся бомбардировке. 4 мая министерство обороны Турции объявило, что два турецких солдата были ранены в результате обстрела сирийскими правительственными силами местности у турецкого наблюдательного пункта к юго-востоку от города Идлиб. Один из солдатов скончался.
«Я дважды бежал к турецким пунктам, но вернулся домой. Однако, живя в демилитаризованной зоне, вы должны быть всегда готовы к перемещению. Район демилитаризован, но опасен», — рассказал аль-Хамави.
Районы бедствия
Город Эш-Шариа в Хаме, в котором проживают 20 тысяч человек, постоянно подвергается бомбардировкам. Более восьмидесяти дней разрушается местная инфраструктура, сады и прилегающие территории, что привело к гибели и ранению десятков людей.
Город Эш-Шариа был объявлен зоной бедствия. Сирийский режим атакует все: школы, медицинские центры, пекарни, улицы и фермы. Все это началось после подписания соглашения и объявления города частью охраняемой территории. Турция уже вывела тяжелое оружие, но режим не соблюдает условия«, — сообщил Турки Хашиш.
По словам Абдель Рахмана Махмуда, главы информационного отдела при местном совете, не лучше дело обстоит в городе Калаат аль-Мудык (45 тысяч жителей). Обстрелы продолжаются последние три месяца. Около 65% населения бежало в более безопасные районы в пределах демилитаризованной зоны, в том числе вблизи турецких пунктов.
Он продолжил: «Турецким силам не удалось остановить обстрел. Он усиливается, особенно когда турецкие патрули уходят и режим начинает мстить».
Бомбардировка территорий режима
Не прошло и недели, чтобы оппозиционные группировки не запускали ракеты по районам, принадлежащим режиму. Пострадали города Скальбия, Махрада и Джорин, что часто приводило к гибели и ранениям жителей.
«Боевики постоянно нарушают сочинское соглашение, обстреливая наши районы ракетами. Есть жертвы, люди бегут. Несколько дней назад в результате нападения террористов был убит молодой человек из деревни Эль-Хандак, а до этого — ещё один в городке Эр-Расиф», — высказался 25-летний сирийский активист Мухаммед Али, который вместе с коллегами ведёт страницу под названием «Голос джунглей».
«Я работаю в Эль-Габе и почти каждый день езжу туда. Силы оппозиции наносят удары по Джорину, Шатхе и другим городам. Иногда ракеты падают на окраинах деревень и редко поражают цели», — говорит 33-летний инженер Али Авад.
Авад отрицает факт перемещений в результате нападения на эти районы со стороны оппозиционных сил.
Будущее буферной зоны
«Это только на бумаге, как и многие соглашения, подписанные в Сирии», — такого мнения придерживается сирийский исследователь Мазен Гариба. Он рассказал: «С момента подписания соглашения не хватает серьёзного намерения его реализовать. Россия и режим ежедневно нарушают договорённости, а Турция также не проявила заинтересованности в их соблюдении. В частности, речи идёт о борьбе с группировками, выступающими против соглашения».
«Соглашение о буферной зоне изначально было шагом на пути к заключению более значительных политических документов. Очевидно, с его помощью Россия намеревалась политически усилить своего союзника — сирийский режим, а Турция — добиться уступок в районе восточного берега Евфрата, где в настоящее время наблюдается вторжение. Соглашение стало инструментом для получения уступок», — считает Гариба.
Сирийский исследователь удивлен нынешним турецким молчанием по поводу бомбардировок режима в этом регионе и Идлибе в целом. Он скептически относится к существованию нового политического компромисса, учитывающего интересы крупных держав, и верит в наличие новых сценариев, которые могут закончиться разделу Идлиба на зоны влияния Турции и России.
Комментарии
Ближний Восток , Реджеп Эрдоган , Мухаммед Али , Владимир Путин , Совбез ООН , Аль-Каида , Астана , Идлиб , Иран , Латакия , Ливан , Сирия , Сочи , Турция
Читайте также
Войска США останутся в Сирии
1
США разочарованы покупкой С-400 Турцией
Последние новости
Россияне отказываются ехать в Грузию. Реакция грузин (Eurasianet)
Читатели польских СМИ: Россия — это огромная пустыня
СМИ США и Британии: можно не любить Путина, но мужик прав