Далее:

Предчувствие холодной войны на Ближнем Востоке: Турция против саудитов

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ
rightТурция ввязалась в конфликт между Катаром и странами Залива. После того как предложение Анкары о посредничестве было отвергнуто, Эрдоган защитил своего партнера и свое будущее на Ближнем Востоке.
Тринадцать заповедей
Конфликт между Дохой и саудовской коалицией продолжает развиваться — блокада Катара сохраняется, дипломатическая изоляция усиливается. «Они еще в состоянии отрицания и гнева. Катар поймет, что теперь это новая реальность. Изоляция может продлиться годы», — говорит министр иностранных дел Объединенных Арабских Эмиратов Анвар Гаргаш.
Здание таможни и указатель на закрытой границе между Катаром и Саудовской Аравией
Королевство Саудовская Аравия и ее союзники настроены серьезно. Какие-то обещания или заверения со стороны Дохи их не устроят — все помнят, что аналогичные обещания Катар давал в 2014 году и их не исполнил. «Принятые меры останутся в силе до того момента, как будет найдено долгосрочное решение вопроса», — заявил посол ОАЭ в США Юссеф аль-Отейба. Собственно, союзники уже обозначили свое видение «долгосрочного решения» в 13 заповедях, которые они выдвинули Катару в качестве ультиматума. Наряду с умеренными требованиями (снижение уровня контактов с Ираном, высылка «террористов», прекращение финансирования сил, которые в Заливе считают террористическими) в списке присутствовали откровенно унизительные положения из серии «выплатить компенсацию» или согласиться на ежемесячный аудит выполнения требований в течение первого года, ежеквартальный в течение второго и ежегодный в течение последующих 10 лет.
rightОднако это еще полбеды — в списке были такие пункты, как закрытие «Аль-Джазиры». Которая, напомним, является не просто телекомпанией, а информационным щитом и мечом эмирата, одним из важнейших инструментов его влияния в регионе. И закрытие «Аль-Джазиры» для Катара — это все равно что требование к Карфагену переселиться на 10 миль от морского побережья. Смерть с отсрочкой. Либо «бахрейнизация» — превращение эмирата в вассальное Саудовской Аравии государство.
Сотрудник в офисе телекомпании Al Jazeera в Дохе, Катар
Поддавим!
Для династии ат-Тани, которая правит Катаром, подобные требования, высказанные в подобной манере (одним из пунктов ультиматума был 10-дневный срок на его принятие), являются унизительными и невозможными. Министр иностранных дел Мухаммед бин Абдулрахман ат-Тани уже заявил, что любые переговоры начнутся только после смягчения режима блокады. То есть без ультиматумов и давления, по-партнерски — сами официальные лица Катара уверяют, что блокада как таковая им особых проблем не доставляет. «Проблем с едой не будет, так как 95% нашего импорта идет по морю или по воздуху», — заявил шейх Халифа бин Джассем ат-Тани. «Уверяю, нам сейчас весьма комфортно. Катар сможет без проблем жить в такой ситуации целую вечность», — говорит посол эмирата в США Мешаль бин Хамад ат-Тани.
rightДа, в экономическом плане ситуация для Дохи особых опасений не вызывает. Объемы катарских инвестиций за рубежом составляют 335 миллиардов долларов (страна входит во вторую десятку мировых инвесторов). Кроме того, за счет продажи газа Катар может обеспечить себя экономически. Однако внешнее давление может попросту привести к военному перевороту. «Если этот кризис продлится долго, он может угрожать долгосрочной политической стабильности в правящей семье Катара», — говорит Фаваз Гергез из Лондонской школы экономики.
По данным Института Ближнего Востока, отец нынешнего эмира Хамад ат-Тани уже занялся активной консолидацией «семьи», дабы либо подавить, либо умиротворить всех потенциальных недовольных, но у саудитов и их союзников есть достаточно рычагов для дестабилизации внутриполитической ситуации. Например, из более чем 2,5 миллиона человек, живущих в Катаре, лишь 300 тысяч являются гражданами эмирата. Остальные — это гастарбайтеры. И катарцы в этом плане — отнюдь не спартанцы, они недостаточно сильны для того, чтобы подавить своих «илотов» в случае беспорядков. И если начнутся какие-то проблемы, то вину за них богатые катарцы возложат именно на руководство эмирата.
rightИменно поэтому эмиру Тамиму нужны могущественные внешние друзья. На США тут надежды немного. Госдеп пытается сохранить дистанцию между всеми сторонами конфликта, но Трамп (поддержку которого, как известно, саудиты «арендовали» за несколько сотен миллиардов долларов) уже заявил, что «государство Катар, к сожалению, спонсировало терроризм на самом высоком уровне». Иран (президент которого Хасан Роухани назвал действия саудовской коалиции «осадой» и предложил помощь) катарцев не очень устраивает по имиджевым причинам. И тут на сцену вышла Турция.
Наших бьют
Поначалу турецкий президент Реджеп Эрдоган занимал в конфликте достаточно взвешенную позицию, призывая всех его участников «жить дружно» и даже предлагая свое посредничество в этом благородном деле. Однако турецкое предложение было отвергнуто (по некоторым данным, во многом из-за позиции нового наследника престола Саудовской Аравии Мохаммеда бин Салмана). Принцу нужен не компромисс, а окончательное решение катарского вопроса, да и пускать Турцию в арабский огород он не хотел.
В итоге Анкара оказалась перед выбором — отойти в сторонку или поучаствовать в конфликте на стороне Катара. Эрдоган выбрал второй вариант. Он назвал изоляцию Катара «негуманной и противоречащей исламским ценностям», и Турция стала помогать эмирату справляться с ее последствиями.
rightТак, сразу же после ее начала на полках катарских супермаркетов стали появляться турецкие товары с надписью «Из Турции по воздуху». По словам министра экономики Турции Нихата Зайбекчи, его страна поставила в Катар самолетами почти пять тысяч тонн продовольствия. «Анкара может покрыть все гуманитарные нужды Катара», — отметил он. В целом же, по данным Западно-средиземноморской ассоциации экспортеров, в период с 1 мая по 15 июня объем турецкого плодоовощного экспорта в Катар вырос на 724% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и стоил порядка 380 миллионов долларов. В начале 20-х чисел июня в Катар пошел первый турецкий корабль с четырьмя тысячами тонн продовольствия на борту.
Жители Дохи запасаются продуктами в супермаркете. 5 июня 2017Жители Дохи в супермаркете. Июнь 2017
Кроме того, Турция готова и защищать Катар физически. В режиме ошпаренного ежика турецкий парламент принял два закона, касающихся размещения в Катаре турецкой базы и углубления сотрудничества с эмиратом в вопросах обеспечения внешней и внутренней безопасности. Анкара уже отправила в Катар два десятка солдат (в результате чего количество ее военнослужащих в стране превысило 100 бойцов), а в перспективе на территории этого государства будут располагаться несколько тысяч турецких солдат. Которые вполне могут помочь властям Катара справиться с беспорядками, а также с возможным переворотом — как дворцовым, так и военным.
Турецкий интерес
Ряд турецких экспертов уже заявили о том, что их президент поторопился. «Турция делает выбор между сторонами конфликта, это неправильная политика, — говорит один из лидеров оппозиционной Республиканской партии Озтюрк Йилмаз. — Как можно быть посредником, если вы становитесь на одну из сторон конфликта?» А по мнению бывшего министра иностранных дел Турции Яшара Якыза, принятие какой-либо из сторон в этом конфликте лишь усугубит международную изоляцию Турции. Однако у Эрдогана были свои причины сделать такой выбор.
rightВо-первых, он отдает Катару долги. Как экономические, так и военные. По некоторым слухам, сразу же после попытки июльского переворота в Турции эмир ат-Тани отправил к Эрдогану 150 бойцов спецназа, которые четыре дня находились в распоряжении турецкого президента, а потом, когда опасность миновала, вернулись на родину.
Во-вторых, Эрдоган защищает верного союзника, с которым рука об руку работает в Сирии, Северной Африке, а также вместе с которым до последнего поддерживал режим «Братьев-мусульман»* в Египте. «Мы с Катаром смотрим на региональные проблемы из одного окна, — заявил Эрдоган в ходе своего февральского визита в эмират. — Такое катарско-турецкое сотрудничество очень важно для будущего региона». В этом плане Турция берет пример с России — показывает всем, что своих партнеров не сдает и будет защищать их во что бы то ни стало.
В-третьих, Анкара надеется заполнить политико-силовой вакуум, который существует на Ближнем Востоке после развала Ирака и который лишь усилился после ослабления Египта и начала гражданской войны в Сирии. Катарцы, напомним, долгое время затягивали процедуру размещения турецкой базы (которая была согласована еще в конце 2014 года), но сейчас по понятным причинам они стали более сговорчивыми. Эрдогану было грех этим не воспользоваться.
Наконец, в-четвертых, Анкара понимает, что поражение стран Залива в этом конфликте с Катаром (которое случится в том случае, если эмират выстоит) лишь расширит свободное пространство для Турции за счет ослабления Саудовской Аравии. Поражение покажет, что молодой, импульсивный и неопытный принц Мохаммед бин Салман (отвечающий за публичную порку Катара) не готов к такой ответственности, как управление Саудовской Аравией. Что вызовет там выгодную для Турции политическую нестабильность, которая после смерти короля Салмана может вылиться во фронду принцев и ослабит королевство.
Накажем?
Страны Залива, естественно, возмущены турецким вмешательством. Поначалу они попытались выключить Турцию из конфликта по-хорошему — глава МИД Бахрейна Халид бен Ахмед аль Халифа был отправлен к Эрдогану на переговоры. «Мы надеемся, что приоритетом для Турции станут ее государственные интересы, а не идеология партии», — отметил Анвар Гаргаш. Однако Эрдоган отказался. Тогда страны Залива начали действовать по-плохому.
Глава МИД Бахрейна Халид бен Ахмед аль Халифа во время встречи с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. 10 июня 2017
Для начала они включили отказ от сотрудничества с Турцией в 13 заповедей для Катара — один из пунктов требовал от эмира Тамима прекратить сотрудничество с Анкарой и денонсировать соглашение о турецкой базе. Что, по словам Эрдогана, есть не что иное, как «неуважение по отношению к Турции». «Мы что — должны кого-то спрашивать, когда заключаем оборонительное соглашение о сотрудничестве с какой-нибудь страной? Без обид, но Турция — не обычное государство, которое должно спрашивать», — возмущался турецкий президент.
rightТеперь, когда Катар отказался выполнять ультиматум, саудиты, ОАЭ и Египет намерены, по некоторым данным, принять санкции против Турции. Уже прошел слух (опровергнутый, правда, посольством Саудовской Аравии в Анкаре), что Эр-Рияд советует саудовским гражданам воздержаться от поездок на отдых в Турцию. При этом возможностей для давления на Анкару у Залива достаточно — ОАЭ, например, являются крупнейшим на Ближнем Востоке инвестором в турецкую экономику. Да и вводить санкции тоже будет за что — о поддержке Анкарой террористов в Сирии известно не меньше, чем о поддержке Дохи.
Это давление Эрдоган выдержит, но что будет, если Залив пойдет на крайние меры и побежит жаловаться в Белый дом на Турцию, которая снова лезет не в свои дела? У Анкары и Вашингтона и без того сложные отношения, в частности, из-за поддержки США сирийских курдов. Рискнет ли Эрдоган выступить против США в том случае, если Вашингтон все-таки будет отрабатывать саудовские инвестиции и встанет на сторону Залива против маленького Катара и его больших друзей? Если да, то в этом случае Реджеп Эрдоган поймет, что по-настоящему означает международная изоляция.
*Террористическая организация, запрещенная в России.
Оставить комментарий