Далее:

Виртуальный кайф: за кулисами миллиардной VR-индустрии

Виртуальный кайф: за кулисами миллиардной VR-индустрии
Фото:
Виртуальное порно — последний отпрыск взаимовыгодного, более чем столетнего брака хайтека с эротикой.
Playboy отправился в Беверли Хиллз, чтобы посмотреть изнутри на процесс создания самого пикантного из всех контентов 30-миллардной VR-индустрии.
Кристи Стивенс стоит на коленях и смотрит в глаза Исайе Максвелу, ее рот широко открыт. Ее груди упругими мячиками пружинят в такт кивкам ее головы. Платиновые волосы каскадом ниспадают по спине, скользя кончиками по татуировке на кобчике.
«Мой муж никогда не смог бы так», — говорит она Максвеллу, крепко сжав обеими руками его исполинское мужское достоинство и продолжая неотрывно смотреть в его карие глаза.
Вокруг них собралось с десяток людей, каждый из которых реагирует на сцену с разной степенью внутреннего дискомфорта. Трое из них журналисты — и это лучший день в их жизни.
Двое других — технари-энтузиасты, смущенно ищущие в порноиндустрии источники средств для своих стартапов. Все остальные — люди из самой порноиндустрии, и для них это просто обычный рабочий день.
Фото Shutterstock/Fotodom.Ru
Сегодняшний сет, производимый студией взрослого кино BaDoink, выглядит вполне стандартной порносъемкой. Кристи извивается в разных позах посреди скромно, но стильно обставленной белой комнаты в пятиэтажном особняке в Беверли Хиллз. На ней чулочки до середины бедра и прозрачный бюстгальтер, визажист время от времени подправляет ей косметику. Кристи Стивенс 30 лет, миниатюрная, метр пятьдесят семь.
Сегодня ее роль — уставшая домохозяйка, которая сексуально домогается ни о чем не подозревающего продавца пылесосов. Вроде бы ничего особенного, и тем не менее сегодняшняя съемка — поворотный пункт в развитии не только порноиндустрии, но и технологий. Это не обычный фильм, это фильм, который снимается для виртуальной реальности, нового слова в индустрии развлечений с уникальным ПО, сошедшего в массы всего-то какой-то год назад.
Кристи в порноиндустрии уже пять лет и за это время успела сняться более чем в 250 фильмах. Но в виртуальном кино у нее сегодня первая проба. Поэтому у нее пока нет точного понимания того, чего ей ждать от этого фильма. Зато предельно ясно, что ожидает тебя, уважаемый зритель. Сегодня Кристи Стивенс поимеет не Исайю Максвелла. Кристи Стивенс поимеет тебя.
VR-порно не может быть отредактировано, поэтому от актрисы Кристи Стивенс требуется изящный и беспрерывный секс в течение 25 минут
В современном порно сцены от первого лица — не редкость. В большинстве из них актер снимает актрису во время секса. Лицо актера в такие моменты видно редко, и съемка максимально приближена к тому, что видел бы зритель, если бы актриса занималась сексом с ним, а не с актером. Порно виртуальной реальности вознесло эту концепцию на новый уровень.
Если раньше пытались достичь для зрителя эффекта «сноса четвертой стены», то теперь стен нет вообще. Когда вы надеваете шлем виртуальной реальности, ваш обычный мир перестает существовать. Вы больше не смотрите кино на компьютере, вы телепортируетесь в комнату к актрисе. Ваши руки не заняты клавиатурой или мышью. Вы больше не созерцаете фантазию со стороны, вы — внутри нее.
И этот эротический эскапизм, по мнению многих экспертов, — будущее не только порнографии, но и технологий в целом. Потому что вся история порнографии идет рука об руку с историей технологий. Первое почти всегда становилось невольным провозвестником второго. Эксперты на рынке технологий признают: любая новинка, которая облегчает пользователям доступ к порнографии, продвигается быстрее других именно в силу этой своей способности. «Люди, готовые платить за порно, популяризуют технологии, — утверждает Джонатан Куперсмит, историк технологий Техасского механико-сельскохозяйственного университета. — Они снижают их себестоимость».
Кадр из фильма «Газонокосильщик»
Предпосылка всего этого общеизвестна. Люди биологически предрасположены к созерцанию эротических картинок. Наша связь с ними идет из глубины веков. Достаточно вспомнить наших предков-неандертальцев. Все разнообразие их пещерных изображений описывается двумя словами, уверен Брайант Пол, профессор Университета штата Индиана: «Сплошные вульвы».
Он убежден, что пещерные люди мастурбировали на эти рисунки. Практика изображения женщин голыми насчитывает тысячелетия, что становится очевидным после пяти минут в любом музее искусств. В 1839 году был изобретен дагерротип, и изображения впервые перестали быть рисованными. А уже спустя каких-то семь лет викторианские порнографы явили миру первое фото для взрослых. То же повторилось полвека спустя, когда в 1889 году люди придумали кинокамеру: ровно через семь лет был снят первый в мире порнофильм «Мария отходит ко сну», где танцовщица кабаре Луиз Вилли показывала стриптиз в спальне.
Очередная революция в мире порно произошла в 1977 году, когда хитами продаж в США стали видеомагнитофоны и VHS-кассеты. Именно тогда люди впервые получили возможность смотреть порнофильмы у себя дома. К концу десятилетия видео для взрослых составляло более половины всего контента, проданного в Америке на видеокассетах. «Появление видеомагнитофонов, позволявших отматывать пленку назад, стало самым фундаментальным изменением в истории мировой порнографии», — считает Фредерик Лейн, автор книги «Неприличные доходы: дельцы от порнографии в кибер-эпоху».
Неудивительно, что с появлением интернета в 1990-х и вовсе разверзся ад. Люди — как и их праотцы в эпоху дагерротипов и синематографов — мгновенно поставили новое изобретение на службу извечной жажде наблюдать, как другие люди занимаются сексом. При этом «дельцы от порнографии» накопили горы контента, который можно было легко перепрофилировать под новые нужды: взял фильм, порезал, отредактировал и продал порносайту.
Порнография стала первой интернет отраслью, начавшей приносить владельцам доход. Согласно докладу Национального исследовательского совета США, в 2001 году оборот онлайн-индустрии развлечений для взрослых в Америке составил 1 млрд долларов, а к 2013 году все порносайты имели аудиторию больше, чем Amazon, Netflix и Twitter, вместе взятые.
А в 2016 году пришла виртуальная реальность.
Вообще-то, как мы узнали позже, она началась еще в 2012-м, когда 19-летний Палмер Лаки запустил на Кикстартере кампанию по сбору средств на то, что вскоре стало первым в мире клиентоориентированным и коммерчески успешным шлемом виртуальной реальности Oculus Rift. Лаки создал его для геймеров, но после того как девайс показали в 2012 году на конференции ежегодной выставки электронных развлечений Е3, на него посыпались предложения от ведущих инвесторов рынка мирового хай-тека. На Кикстартере он собрал 2,4 млн долларов при запланированных 250 тыс. долларов; Марк Цукерберг купил его компанию Oculus VR за 2 млрд Современный виртуальный контент — это больше, чем просто видоизмененные 180— или 360-градусные панорамы. Та же технология используется в Google Maps.
Помимо Oculus и Google виртуальную реальность через новомодные девайсы потребителю предлагают такие гиганты рынка, как Sony, Samsung и HTC Vive. Что же касается порноиндустрии, то главные ее инвесторы в виртуальные развлечения — это BaDoink, Naughty America, VirtualRealPorn, Czech VR и VR Bangers. Все эти компании — так же, как и некоторые из приглашенных вместе со мной на сегодняшнюю съемку в Беверли Хиллз — имеют на сегодня две главные проблемы: выяснить, каких именно VR-развлечений жаждет почтенная публика, и решить, как их лучше всего снимать.
Сэм Бертон — совладелец компании Holotrope VR, занимающейся развитием новой техники для съемок виртуального видео. У него есть опыт работы в кино и на ТВ, но в своем стартапе он зашел на неизведанную территорию, и нельзя сказать, чтобы вливания в его компанию со стороны избегающих рисков крупных бизнесов были серьезны. «Мэйнстимовые компании, с которыми мы обычно работаем, не дают серьезных бюджетов, — сетует Бертон, — а вот порноиндустрия начинает потихоньку вкладываться. Не то чтобы все сводилось для нас к долларам, но мы как-никак стартап». Поэтому предложение BaDoink поучаствовать в съемке порно стало, по признанию Бертона, «возможностью заработать денег на исследования и поснимать в большом объеме». Собственно, именно так Сэм Бертон и оказался в особняке на Беверли Хиллз, чтобы теперь из последних сил пытаться не обращать внимания на то, как Кристи Стивенс ходит по комнате топлесс.
Для съемки их с Максвеллом Бертон принес два разных набора камер. Первый сет включает ряд гаджетов GoPro, размещенных по кругу на специальной стойке, чтобы дать все 360° обзора.
Второй — две камеры с линзами «рыбий глаз», с углом обзора 180°, чтобы имитировать картинку, которую видят человеческие глаза. Результатом этого эксперимента заявлена новая реальность, в которой предстоит оказаться зрителям этого фильма. Стоит им водрузить на голову VR-шлем, как их реальность исчезнет, его заменит интерьер этой белой комнаты с бежевой кроватью. Слева от себя они увидят завораживающую панораму Лос-Анджелеса, а справа — ту самую дверь, через которую в комнату вошел Максвелл, продавец пылесосов.
Ну а прямо перед собой зритель увидит Кристи, стягивающую с себя сначала блузку, затем юбку с чулочками и наконец опускающуюся на колени, чтобы сделать ему минет. Глубину погружения трудно переоценить. Достаточно сказать, что после 25 минут в VR-шлеме (ну или 5, тут уж все зависит) вы 10 секунд акклиматизируетесь в реальном мире.
Опыт и правда потрясающий, и не надо быть провидцем, чтобы понять: после внедрения VR-гаджетов в массы эскаписты, старающиеся бежать от реальности, получат возможность сделать это. Миллионы зажатых, плохо социализированных мужчин резонно решат для себя, что виртуальный секс проще — и притом не хуже в плане удовольствия, — чем отношения с женщиной из плоти и крови. Все то же, только без обязательств и трудностей общения.
Чем дальше, тем больше мы видим преимуществ виртуальной реальности, и лидером в гонке за ними стал Facebook. В прошлом году на своей третьей ежегодной Oculus-конференции компания представила несколько новых VR-проектов, включая Oculus Avatars, программу, позволяющую пользователям самим создавать себе аватаров из набора черт лица, одежд и цветов кожи (например, золотой металлик, ядовито-зеленый или сверкающе-пурпурный). Майк Ховард, менеджер проекта, озвучил цифру — свыше миллиарда опций для создания вашего сетевого виртуала.
Экстраполируя концепт аватаров на будущее — и в частности на будущее секса, темы которого Facebook стыдливо избегает, — нельзя не прийти к выводу, что очень скоро мы получим возможность создавать идеальные (и абсолютно фейковые) версии самих себя. Не смог затащить в постель девчонку-чирлидера в старшей школе? Не беда, стань звездой футбола в виртуальной реальности. Правда, и чирлидершу там ты тоже снимешь фейковую — но кого это волнует? Facebook — не единственный первопроходец на тропе виртуальной реальности.
Многие участники рынка специализируются исключительно на порнографии. Среди наиболее инновационных — Kiiroo со штаб-квартирой в Амстердаме. Сначала эта компания презентовала линейку игрушек для секса, которые могут функционировать на расстоянии в тысячи миль. А затем разработала программу, нацеленную на то, чтобы залатать главную на сегодняшний день брешь в позициях виртуальной реальности: мы можем видеть и слышать все происходящее в ней, но не можем его чувствовать.
Синхронизировав виртуальные порносцены с таким гаджетом, как мужской мастурбатор, программа FeelPornStars позволяет юзеру психологически пережить увиденное в режиме реального времени. Проще говоря, ваш мастурбатор будет двигаться точь-в-точь так же, как движется голова Кристи Стивенс во время минета Исайе Максвеллу.
Впрочем, далеко не все разделяют уверенность в скором расцвете виртуального порно. Брайант Пол считает процесс слишком громоздким и долгим по времени, что явно не попадает в ту целевую аудиторию, которая привыкла делать свои дела быстро. «Если вы сможете сделать так, чтобы все это было легко и доступно на обычном компьютере, замечательно, — говорит он, — но если вы придумали технологию, которая усложняет процессы, я не думаю, что это сработает».
По итогам 2016 года VR-хардвер и правда не сделал ожидаемых продаж. Если в октябре компания SuperData, специализирующаяся на исследованиях рынка интерактивных медиа, озвучивала прогноз в 6,16 миллиона долларов по итогам года, то уже к ноябрю ожидания упали до 4,12 миллиона. Такой небыстрый старт объясняют в первую очередь дороговизной гаджетов (один шлем виртуальной реальности стоит не менее $800). Факт, что как производители, так и пользователи пока ищут лучшее применение технологии, им нужно простое VR-приложение к привычным всем гаджетам.
Камера, снимающая на 180 градусов, используется для съемок порнороликов. Фото Shutterstock/Fotodom.Ru
Однако эксперты все еще смотрят вдаль с оптимизмом. Digi-Capital, компания, консультирующая игроков рынка VR, предрекает к 2020 году общий оборот отрасли в 30 миллиардов долларов. На сегодняшний день очевидно одно. «Что уж точно давно доказано, так это то, что люди всегда платили и будут платить за порнографию», — говорит Бертон.
Ну а пока в особняке в Беверли Хиллз Кристи Стивенс столкнулась с проблемой, которую еще только лишь предстоит решить. Они с Максвеллом начинают работать вагинальное проникновение, но она не получает от него никакой помощи. В обычном кино это дело актера — помогать актрисе выглядеть в кадре хорошо. Партнер выставляет ее в наиболее удачном ракурсе, проверяет, чтобы зад был красиво выгнут, а грудь не вываливалась из кадра. Но теперь одна из камер Бертона установлена прямо на плече Максвелла — чтобы максимизировать эффект «от первого лица».
Поэтому он должен стоять и не двигаться, и всю работу Кристи выполняет сама. Она стоит лицом к нему, седлает его, сама вставляет его пенис себе в вагину, не отводя глаз от камеры. Затем встает с него, поворачивается к нему задом и повторно вставляет в себя его член. И так пробует до тех пор, пока не находит решение, которое не назовешь иначе как сексуальные отжимания в упоре сзади: лицом снова к нему, руками уперлась в кофейный столик у себя за спиной и в такой не самой удобной позе распластанного краба скользит вверх-вниз по его пенису, обвив ногами бока.
В виртуальном видео пока еще не научились делать склейки, поэтому такой акробатикой Кристи занимается 25 минут кряду, без перерыва. Это значит, что она не может ни смахнуть пот со лба, ни даже добавить вагинальной смазки, не говоря уже о том, чтобы дать отдых мышцам. «Тяжело держать себя в такой форме?» — не удержусь я от вопроса, когда все кончится. «Врать не буду, — ответит она, — работать приходится много». Было бы ли ей проще возбудиться, работай она в паре с более вовлеченным в процесс партнером? «Да нет, все нормально, — говорит Кристи. И добавляет, почесывая блестящий от пота подбородок: — Это ведь все равно секс».
Оставить комментарий