Далее:

Негоши: властители «Черных гор»

Негоши: властители «Черных гор»
Фото:
Особый интерес для истории представляет собой черногорская княжеская династия Негошей. В XVIII и XIX вв. черногорские владыки традиционно ориентировались на помощь России и на протяжении долгого времени получали постоянные денежные субсидии от царского правительства. Номинально входя в состав Османской империи, Черногория фактически не подчинялась султану, считая себя самостоятельным государством.
Собственный путь
На пути сознательного отказа от османских ценностей, Негоши встретили как дипломатическую, так и финансовую поддержку России, защищавшей политические требования Черногории перед Портой и способствовавшей развитию государственности. Традиционно духовная и светская власть в Черногории находилась в руках митрополитов. Первым совершил попытку объединить черногорские земли владыка Данило из рода Петровичей Негошей, который стоял во главе, черногорских племен с 1697 по 1735 г. Его преемник Савва (1700-1781), по существу, уступил бразды правления своему племяннику Василию (1709-1766), который фактически правил Черногорией с 1750 г. и играл главную роль в политической жизни страны. Когда после его смерти власть снова оказалась у Саввы, в Черногории наступили «смутные времена»: в стране объявился самозванец.
Русский император на Балканах
Некто Степан Малый, выдавая себя за русского императора Петра III, полновластно правил Черногорией с 1766 по 1773 г., до тех пор, пока не был убит подосланным убийцей. Чтобы укрепить свое положение правителя, Степан Малый еще в 1768 г. издал грамоту, узаконившую отделение государственной власти от церковной. Однако традиция митрополичьего правления в Черногории не прервалась: после убийства самозванца и смерти Саввы власть перешла к Петру I Негошу (1747-1830). Благосклонность черногорцев к Степану Малому дорого обошлась стране — Россия, покровительствовавшая Черногории, отказала ей в регулярной денежной помощи, а Екатерина II не приняла Петра I Негоша в Петербурге, куда он прибыл в 1785 г. В России еще слишком свежи были воспоминания о своем «Петре III» — Пугачеве. При Петре I Петровиче и Петре II Петровиче (1813-1851) Черногория вела непрекращающиеся войны с османскими угнетателями за политическую независимость и достигла в этом значительных успехов. Петр II получил известность не только как государственный деятель, но и как крупный поэт, мыслитель своего времени. Его стихотворные произведения, крупнейшим из которых стал «Горный венец», представляют собой изложенные в поэтической форме размышления о судьбе черногорского народа. Большое значение Петр II придавал просветительской работе среди народных масс, развитию образования и культуры.
Национальный герой
В настоящее время на родине Негошей свято чтят память своего национального героя. Высоко в горах, на Ловчене, находится усыпальница Петра II. Здание Мавзолея с четырехметровой гранитной фигурой правителя-поэта вознеслось на высоту 1660 метров над уровнем моря и царит над всем суровым краем этих поистине «Черных гор». По сложившейся традиции черногорские правители обладали высшей духовной и светской властью. Первым, кто воспротивился установленному обычаю, стал преемник Петра II Данило. Он предпринял специальное путешествие в Россию для того, чтобы испросить у высочайшего покровителя разрешения не принимать церковного сана, к которому Данило не чувствовал призвания. Таким образом, он стал первым светским правителем Черногории.
Светское государство «Черных гор»
Скупщина, созванная в Цетинье 1 марта 1852 г., приняв решение о будущем устройстве Черногории в качестве светского государства, исходила из того, что отсутствие законных наследников у правивших митрополитов приводило к возникновению споров о праве наследования в семье Петровичей. Данило (племянник Петра II), несмотря на наследование власти по завещанию, был втянут в борьбу за черногорский престол с двумя своими братьями. Впрочем, следующим правителем Черногории стал не прямой наследник, а племянник Данилы, поскольку последний был убит летом 1860 г. черногорцем Кандичем и не имел сына. Черногорский князь с 1860 г., а затем, с 1910 г., король Николай Петрович Негош (1841-1921) уже не столь определенно придерживался прорусского курса.
Секретарь русской миссии в Цетинье Ю. Я. Соловьев писал о нем в своих воспоминаниях: «Это была необыкновенно живописная фигура. Николай был прирожденным актером… Любимым занятием Николая была политика. Он ссорил дипломатов друг с другом, чтобы поочередно получать сведения об их коллегах». Николай принимал деятельное участие в международных интригах. В этом ему помогали сыновья — Данило (1871-1939), Мирко (1879-1918) и Петр (1889-1932). Так, престолонаследник Данило, женатый на урожденной принцессе Милице Мекленбургской, поддерживал дружеские отношения с дипломатической миссией Австро-Венгрии, а Мирко посещал русское посольство. Подобно тому как это произошло в Сербии, в Черногории также сменился наследник: Данило отрекся от прав на престол в пользу своего брата. Однако стать королем не удалось ни одному, ни другому: хотя в августе 1910 г. Черногория и была провозглашена королевством, просуществовало оно недолго. Уже в конце 1918 г. Народная скупщина в Подгорице провозгласила объединение Черногории с Сербией под эгидой династии Карагеоргиевичей. У князя Николы и его жены Милены (1847-1923), дочери воеводы Петра Вукотича, было 12 детей; двое из них — София и Мария — умерли в раннем детстве. Все взрослые дети, кроме не вышедших замуж Ксении и Веры, заключили выгодные, зачастую династические браки — недаром Николу считали «тестем Европы». Старшая дочь Зорка была женой Петра I Карагеоргиевича, ставшего сербским королем. Она умерла, когда дети были еще маленькими, и отец сам занимался их воспитанием и образованием. Елена вышла замуж за итальянского короля Виктора Эммануила III; Анна — за князя Франца Иосифа Баттенберга (1861-1924), брата князя Болгарин Александра I, другой его брат женился на младшей дочери английской королевы Виктории. Наибольшую известность в исторической литературе получили Анастасия (1868-1935) и Милица (1866-1951), вошедшие в семью Романовых. Они стали женами великих князей Николая Николаевича и Петра Николаевича, внуков Николая I, и следовательно, двоюродных дядей Николая II.
Стана и Милица
Обе великие княгини интересовались политикой и даже оказывали некоторое влияние на российские политические круги, часто сильно преувеличенное их современниками. Так, например, им приписывалась роковая роль в развязывании Первой мировой войны, вызванной, по мнению газетчиков, усилиями существовавшего якобы заговора, возникшего вокруг черногорок. Одно из периодических изданий поместило статью под названием «Стана и Милица», где, в частности, говорилось о том, что Негоши и Карагеоргиевичи, пользуясь бесспорной красотой черногорских принцесс, «сделали карьеру, создали при петроградском дворе свою могущественную партию, неразрывным образом сплотили между собою интересы Белграда, Петрограда и Цетинье. Сербско-черногорским принцессам, которых герцог Лейхтенбергский шутливо прозвал „черногорскими пауками“, удалось в течение долгих лет ценою неимоверных усилий опутать, точно паутиною, многих… Эти пауки довели в 1914 г. дело до ужаснейшей войны, надеясь при помощи ее достичь высших степеней славы и могущества»*.
Безусловно, автор данной публикации представил действительность в искаженном свете, однако нельзя отрицать того, что сестры занимали высокое положение в политических кругах России, а традиционная близость сербского и черногорского дворов с русской правящей династией позволяла заподозрить определенное влияние на трагические события на Балканах. Кроме того, как известно, сестры сыграли важную роль в возвышении Распутина при дворе, что предопределило негативное отношение к ним значительной части русского общества. Особенной политической активностью отличалась Анастасия, супруга великого князя Николая Николаевича. Как отмечало его окружение, брак с Анастасией положительно повлиял на несдержанный характер великого князя, «сделал его более вдумчивым в свою роль — роль старшего из всех родственников царя».
Оставить комментарий