В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Глава ФЗНЦ Шугалей поделился мнением о хаосе в Мозамбике

<p>Ситуаамбике на сегодняшний день близка к критической. Северо-восток фактически находится под контролем террористов из группировки «Ансар Аль-Сунна», присягнувших на верность «Исламскому государсу» (ИГ, запрещено в РФ).</p><p>Совместно с главой ФЗНЦ Максимом Шугалеем редакция «Века» разобралась в первопричинах мозамбикского хаоса и возможных вариантах стабилизации обстановки в стране.</p><p><b>Религиозные источники конфликта</b></p><p>Максим Шугалей много работал над социологическими исследованиями в африканских странах. Он объяснил, что фундаментальные причины нестабильности в Мозамбике кроются в нерешенном религиозном вопросе.</p><p><i>«Как и в большинстве стран южнее пустыни Сахара, в Мозамбике живут и христиане, и мусульмане. И конечно это легко использовать в качестве инструмента. Творить зверства всегда легче, прикрываясь религиозными целями», — считает Шугалей.</i></p><p>В северной части Африки большая часть населения исповедует ислам, но южнее Сахары преобладает христианство. Также встречаются традиционные религии, включающие в себя разнообразные представления фетишизма, анимизма, тотемизма и культа предков.</p><p>Более 50% жителей Мозамбика – христиане. Мусульман здесь проживает около 20%, а также в разных районах распространены местные традиционные верования. Тем не менее члены «Ансар Аль-Сунны» намерены создать на севере страны свое государство, где повсеместно будут действовать нормы шариата. С годами там сформировалрореский интернационал — часть инструкторов группировки местные жители, но присутствуют также выходцы из Сомали и Кении.</p><p><i>«Есть даже проповедники, связанные с терактами в Лондоне в 2005 году. Весь этот террористический сброд собрался в Мозамбике», — Шугалей.</i></p><p>Он объяснил, что радикальный ислам пришел в эту страну в начале 2010-х годов при помощи проповедников из соседней Танзании.</p><p><i>«Власти долгое время закрывали глаза на растущую у них под носом угрозу для всего юго-востока Африки. Местные политики отчаянно делали вид, что у них в стране все хорошо, и армия подготовленная. Теперь они столкнулись с опасной ситуацией, которая вышла из-под контроля», - считает Шугалей.</i></p><p>Местные спецслужбы вскрыли первые террористические ячейки в городе Мосимбоа да-Прайя в 2013 году. Со временем жители все чаще стали отдавать своих детей на обучение в медресе (мусульманское учебное заведение, выполняющее функцию средней общеобразовательной школы) вместо обычных школ. Пропагандистская кампания работала, вербуя малообразованных жителей севера республики в ряды джихадистов. Основными целями были неокрепшие молодые умы.</p><p><i>«Это распространенная практика, во многих странах Ближнего Востока и Африки можно заметить схожую тенденцию. Здесь же хочется отметить отдаленность провинции Кабу-Делгаду от столицы, что усложняет контроль над ней. Как итог — мы получаем сильное ядро радикальной группировки в регионе, на который руководство Мозамбика закрывало глаза», — заявил глава ФЗНЦ.</i></p><p><b>От разбойников до последователей ИГИЛ</b></p><p>Первое нападение исламистов датируется 5 октября 2017 года. Группа из 30 радикалов атаковала три полицейских участка в Мосимбоа да-Прайя в провинции Кабу-Делгаду. Жертвами атаки стали 17 человек, были похищены оружие и боеприпасы.</p><p>После этого география атак в регионе стала шириться. При этом мозамбикские власти предпочитали не афишировать распространение террористической угрозы на севере страны. Уже к концу 2018 года радикалы перебазировались к столице провинции — городу Пемба.</p><p><i>«Примечательно, что объектами атак становились не только силовые структуры, но и мирные жители, особенно те, кто исповедовал христианство. То есть подоплека процветания хаоса в стране так или иначе оставалась религиозной», — подчеркнул Шугалей.</i></p><p>В 2019 году Мозамбик занял первое место в мире по динамике распространения насилия со стороны радикальных исламских группировок. За 12 месяцев число атак выросло более чем в два раза, равно как и число погибших от нападений террористов.</p><p>В июне 2019 года мозамбикские радикалы своими нападениями привлекли внимание «Исламского государства», которое де-факто взяло их под свое крыло. Главари группировки присягнули на верность ИГ, и тогда о них стал узнавать весь мир, а не только юго-восток Африки. С этого момента проблема стала куда глобальнее.</p><p>Громкой акцией «Ансар Аль-Сунна» стал захват города-порта Мосимбоа да-Прайя в августе 2020 года. Несмотря на то, что спустя неделю радикалов удалось выбить из населенного пункта, этот эпизод стал знаковым и показательным для ситуации в регионе.</p><p><i>«Тут примечательна пропагандистская история со стороны радикалов. Вскоре после того, как город был захвачен, террористы объявили, что жители Мосимбоа да-Прайя будут освобождены от уплаты всех налогов. Соответственно, население стало все больше поддерживать радикалов и отворачиваться от мозамбикских властей. Очевидно, что просто кучка бандитов не смогла бы продумать такую стратегию, за планированием операций и пропаганды стояли те, кому выгодна дестабилизация в регионе. Я не берусь ничего утверждать, но это очень похоже на американцев, на самом деле, учитывая их богатый опыт в подобного рода манипуляциях с террористами», — предположил Шугалей.</i></p><p>К 2021 году ситуация стала критической. Каждое нападение радикалов на армию вело за собой потери не только в личном составе неподготовленных мозамбикских подразделений, но и в вооружении и военной технике. Так, если в начале своего террористического пути «Ансар Аль-Сунна» обладали лишь мотоциклами и холодным оружием, спустя несколько лет они разжились тяжелым вооружением и трофейной военной техникой.</p><p><b>Новый виток активизации боевиков</b></p><p>В марте текущего года в провинции Кабу-Делгаду начался новый этап активности «Исламского государства» в Африке. 24 марта радикалы захватили город Пальма. Основной целью атаки были иностранцы, проживавшие в отелях, — в основном белые специалисты, занятые на строительстве терминала по сжижению природного газа.</p><p>Несмотря на нависшую угрозу в регионе, нападение будто бы оказалось неожиданностью для властей Мозамбика. Как итог – сотни погибших и десятки тысяч покинувших свои дома мирных жителей. В отличие от нападения на Масимбоа да-Прайя, террористы в Пальме сожгли сотни домов и казнили большое количество людей.</p><p>Радикалы легко выдерживали наступление правительственных сил, атакуя их на подходе к городу, чем обеспечили себя еще большим ресурсом в виде вооружения и военной техники. Более того, после бегства жителей Пальмы из города, «аль-Сунна» забрала более миллиона долларов из местных банков.</p><p>С каждой атакой боевики становятся все могущественнее и решительнее. При этом они придерживаются строгой тактики — превентивно захватывают города, затем уходят из них и прячутся в лельственных сил.</p><p><b>Газовый вопрос</b></p><p>Шугалей указал на немаловажный фактор, объясняющий интерес террористов и их возможных покровителей именно к северной части республики.</p><p><i>«Нужно понимать, что местоположение провинции идеально подходит для формирования нового халифата. Здесь расположено множество месторождений природного газа в шельфе морского дна. И этим пользуются радикалы. Лакомый кусочек для западных бизнесменов, здесь работает французская корпорация Total, а значит, и деньги здесь же, а не в столице Мозамбика. И этим успешно пользуются боевики «аль-Сунны», которые не встречают противодействия», - объяснил глава ФЗНЦ.</i></p><p>Рассчитывая на возможность заработка от продажи природных ресурсов, радикалы штурмуют Пальму. Если им удастся закрепиться на севере страны, то в распоряжении боевиков могут оказаться богатые месторождения, а также оставленное здесь оборудование.</p><p><i>«Но даже если радикалы не захватят месторождения, они могут остаться в лесах и терроризировать работников дорогостоящего проекта, создавая очаг напряжения, лишающий доходов как власти Мозамбика, так и те компании, которые осмелятся работа северо-востоке страны», — заметил социолог.</i></p><p>Газовое месторождение было обнаружено под Пальмой сравнительно недавно – в 2010 году. Захлебывающийся от бедности Мозамбик смог вздохнуть с облегчением — спасение есть. Западные компании наперебой стали предлагать свои проекты строительства терминала по сжижению газа.</p><p>За «лакомый кусочек» боролись французы и американцы. Примечательно, что последние развернули в Мозамбике строительство огромного комплекса посольства. Эксперты высчитали, что у Мозамбика есть потенциал войти в тройку мировых экспортеров газа, потеснив Катар. Однако планам было не суждено сбыться – в 2020 году французская Total свернула проект из-за террористической активности в стране.</p><p><b>Беспомощность правительства перед лицом джихада</b></p><p>Правительство Мозамбика решило бороться с боевиками при помощи сторонних сил. В стране в разное время присутствовали французские охранные фирмы, южноафриканская ЧВК Dyck Advisory Group и даже российские специалисты.</p><p><i>«Насколько мне известно, российские силы действительно привлекались для стабилизации обстановки в стране в 2019 году, во время президентских выборов. Местные власти обратились к частным подрядчикам из России. Тогда радикалы пытались все же продвинуться вглубь страны, к столице, но встретили отпор от серьезного противника. Россияне показали себя с наилучшей стороны, выполнив поставленную задачу с наименьшими потерями, освободив сразу несколько городов. Всего один специалист погиб и несколько было ранены, тогда как мозамбикские военные просто-напросто бежали с поля боя, чтобы не попасть в плен и не быть убитым радикалами. С такими неподготовленными «союзниками» работать было практически невозможно, поэтому наши спецы покинули страну, и все вернулось на круги своя», — рассказал Шугалей.</i></p><p>В западных СМИ ходили упорные слухи, что среди российских специалистов были бойцы «ЧВера», но никакого подтверждения этой информации получено не было.</p><p>После месяцев неэктивнойиз региона вышли французские охранники и сотрудники южноафриканской ЧВК. По разным причинам они так и не сумели достигнуть поставленных целей и просто покинули страну, бросив армию и граждан Мозамбика один на один с террористической угрозой.</p><p>Власти страны решили, что им удастся справиться с боевиками самостоятельно. Но события весны 2021 года показали, что армия республики сильно уступает обезумевшим и хорошо подготовленным боевикам.</p><p>После захвата города Пальма было решено снова привлечь иностранцев для противостояния радикалам. Для этого были приглашены военнослужащие ВС Руанды, Сообщества развития Юга Африки (САДК), на смену Dyck Advisory Group прибыли официальные военные из ЮАР. Даже Евросоюз согласился осенью отправить своих инструкторов для обучения местных военных.</p><p><i>«Как мне кажется, осенью уже будет поздно. Единственная более-менее реальная сила здесь сейчас — руандийцы. Остальные просто набирают очки на «помощи» своему соседу, реальных усилий к этому прилагая минимум. Я думаю, мы уже получили тлеющую войну в Мозамбике, подобно ситуации, сложившейся в Сомали. Без попытки госпереворота, но это, мне кажется, до поры до времени. Американцы же тоже выражали готовность оказать поддержку Мозамбику. И это может плохо кончиться», — уверен Шугалей.</i></p><p>Судьба народа Мозамбика решается прямо сейчас. Имея огромные запасы природных ресурсов, страна может раз и навсегда попрощаться с бедностью по примеру других государств. Но для этого необходимо в кратчайшие сроки и максимально эффективно решить проблему разгула боевиков. В противном случае Мозамбик рискует повторить судьбу ближневосточных стран, которые стали полем для террористических войн и американской оккупации.</p>