В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

"В Оксфорде такого нет". Почему иностранные студенты едут в Сибирь учиться на ядерщиков

В свете Вавилова — Черенкова

"В Оксфорде такого нет". Почему иностранные студенты едут в Сибирь учиться на ядерщиков
Фото: ТАССТАСС

Видео дня

Под холодным осенним ветром иду на встречу с иностранными студентами, которые уже ждут меня у забора с колючей проволокой. Серое низкое здание, суровые девушки с автоматами на проходной, радуют глаз только сосны вокруг — я у режимного объекта на выезде из , на котором не задерживается взгляд проезжающих мимо автомобилистов и случайных прохожих.

Некоторые из жителей города издавна полагают, что за забором — колония, но на самом деле это одна из колыбелей ядерной науки в мире и единственный в России действующий вузовский ядерный реактор. Здесь вместе с российскими студентами практические знания по управлению ядерно-энергетической установкой, обеспечению физической защиты объектов атомной энергии, ядерной и радиационной безопасности, ядерной медицине получают и гости из дальнего зарубежья.

"С 2015 года, когда у нас в запустились первые международные образовательные ядерные программы, мы выпустили порядка 150 человек из более чем 15 стран мира — , , , , , , , , , , Венгрии, , , , , Индии, , , а также из стран ближнего зарубежья, — перечисляет Вера Верхотурова, руководитель международных ядерных образовательных программ Инженерной школы ядерных технологий ТПУ. — Ежегодно обучение по ядерным программам завершают несколько десятков человек, это студенты магистратуры, аспирантуры и уже работающие специалисты, которые проходят переобучение. На выходе из ТПУ это специалисты с уникальными практическими компетенциями в работе на действующем реакторе".

На КПП жесткий контроль, военнослужащие тщательно, как пограничники, проверяют документы, обводя толпу хмурым взглядом. Сегодня на страже только женщины. Спуску никому не дают, надежно заменяя коллег-мужчин. О том, чтобы попытаться сделать фото телефоном, невозможно и помыслить — "снимать нельзя".

Пройдя серый двор, из которого видно лишь бетонный забор с "колючкой", оказываемся внутри. Темно-зеленые коридоры ведут к массивным стальным дверям около 10 см толщиной, предупреждения об опасности радиации, эвакуационные планы. В конце нашего путешествия я ожидаю, что попадем в мрачное место без единого окна и ярких цветов, что-то вроде лаборатории из фильма ужасов, но мы оказываемся в современном уютном научном центре.

В первом же кабинете горшки с цветами на окнах, новая удобная мебель, осенний лес за окном, пахнет кофе и чаем — в общем, как в офисе вполне современной компании. Дальше по коридору — лаборатории, оборудованные по последнему слову техники, в белоснежных залах — панели и пульты управления, камеры для производства радиофармпрепаратов (медпрепаратов, которые в своем составе содержат один или несколько радиоактивных изотопов), пробирки и манипуляторы. Хоть сейчас приглашай Илона Маска, шутят работники.

В первую очередь нас кратко инструктируют: руками ничего не трогать, к пультам не подходить, без разрешения в технические помещения не заходить. После — разрешается приступить к практике, ради которой иностранцы сюда и приехали.

Студенты по направлению ядерной медицины больше раскованны, им разрешается работать с помощью специальных манипуляторов с пробирками и радиофармпрепаратами для лечения неоперабельных форм рака и сверхточной диагностики онкологических заболеваний, остальных ожидает изучение оборудования реактора.

Здесь практика больше похожа на экзамен — в зависимости от типа задания учащийся перечисляет порядок действий и обозначает, какой хочет получить результат, но оборудованием управляет опытный оператор, он же объясняет, где может возникнуть ошибка и что нужно делать, чтобы ее избежать. Бывает, что студент сам управляет оборудованием под присмотром оператора.

Наконец я в святая святых и могу увидеть своими глазами работу ядра реактора. Выглядит все в традициях лучших научно-фантастических фильмов. Само помещение — темная комната с лентой балконов по стене. В центре — огромный бассейн с чистейшей водой глубиной 7,5 м. Освещает помещение именно он — тусклым голубоватым светом.

"Вот оно — сердце реактора, его ядро, — говорит начальник службы ядерной безопасности объекта Михаил Аникин, показывая на металлические стержни на дне бассейна. — Свет, который вы видите, — так называемый эффект Вавилова — Черенкова. Это физическое явление, которое представляет собой излучение от частиц, движущихся в воде быстрее, чем скорость света. Поскольку они так быстро двигаются, то теряют очень много энергии, которую мы и видим в виде этого умиротворяющего свечения".

Увидеть реактор могут не только журналисты — здесь бывают группы школьников, студентов, делегации предприятий. Нужно согласовать визит с администрацией вуза, сообщить о целях визита и предоставить необходимые данные.

Лучше Оксфорда?

Томск расположен в самом сердце России, в сибирской тайге. Как говорят местные жители — "в аппендиксе", вдали от туристических путей и транспортных маршрутов. Однако число иностранных студентов из года в год растет, как и число стран, из которых они приезжают, — их уже около сотни.

"Сейчас иностранные студенты в России могут получить реальные практические навыки работы на ядерном реакторе только здесь. Но не следует забывать, что у нас есть действующий ускоритель частиц циклотрон. Это тоже уникальная установка. Дело в том, что он спроектирован как бы "наизнанку": снаружи видна работа всех важных функциональных деталей. Это важно для изучения работы такого сложного оборудования. Чтобы в стенах университета были две такие масштабные установки — в России такого нет, даже больше скажу — в Оксфорде тоже такого нет, в ближайший аналог — знаменитый МАТ (Массачусетский технологический университет). И в последние годы все больше востребованы именно специалисты в области работы ускорителей частиц и циклотрона, так как подобные установки используются для создания радиофармпрепаратов", — пояснила Верхотурова.

Для многих студентов наличие подобного оборудования и практики стало ключевой причиной ехать за знаниями в Сибирь. Для своих стран они станут первооткрывателями в сфере ядерных технологий. Например, Юджения Йебоах, аспирантка из Ганы, где активно развиваются ядерные и радиационные технологии. Она будет на родине одним из первых специалистов в сфере радиационной безопасности. Ее цель — получить образование, чтобы занять пост в комиссии Ганы по ядерной энергетике, задача которой — обеспечение радиационной защиты страны при создании новых ядерных объектов.

"Когда я выбирала, в какой стране учиться, то сразу выбор пал на Россию — здесь был построен один из первых в мире реакторов, колоссальный опыт, которого очень мало в мире. А еще здесь очень много практики по моей специальности — ядерной и радиационной безопасности. Мы не просто слушаем лекции, мы ходим с дозиметрами по городу, ученые институтов учат нас, как искать радиацию в почве, воде и воздухе. Это очень здорово", — рассказала девушка.

Оборудование — не единственная причина выбора ядерного образования в ТПУ. Как рассказал агентству магистрант из Ганы Майкл Нии Санка Ансах, играет роль и содружество университетов и институтов в городе, который носит статус студенческой столицы Сибири — каждый восьмой житель Томска является студентом или сотрудником одного из шести университетов.

Таким образом, студенты могут учиться у преподавателей сразу нескольких томских вузов. Если речь идет о медицинских физиках, то медицинские дисциплины студентам читают специалисты Сибирского государственного медуниверситета (СибГМУ), а с работой реального медицинского оборудования они знакомятся в онкологических центрах города. Также студенты, в том числе Майкл, регулярно участвуют в конференциях институтов РАН, где обмениваются результатами исследований с коллегами.

"У нас в Гане была принята национальная ядерная программа не так давно, сейчас определены приоритеты по развитию ядерных технологий. И передо мной стоит задача не только получить знания, которые позволят занимать руководящие посты в национальной комиссии по ядерным технологиям, но и обучать моих соотечественников в университетах. Здесь обучение идет индивидуально, с индивидуальным подходом к каждому, а в других странах надо соревноваться с другими студентами за знания. Отсюда я выйду не просто ядерщиком, я буду уникальным специалистом мирового класса. Когда я выбирал между столичным и ТПУ, то, конечно, наличие реактора сыграло для меня ключевую роль", — рассказал он.

На должность преподавателя в университете по итогам обучения в ТПУ претендуют и студенты из сильных ядерных держав, например и Китая. "Когда я выбирал себе магистратуру, то я изучал рейтинги. Томский политехнический университет — один из лучших в мире по инженерному, ядерному образованию. Я искал изначально не страну, а университет. Ну и даже для Китая посетить студентом ядерный реактор — почти невозможно, я увидел реактор впервые здесь, в Томске, когда поступил в магистратуру. Я посмотрел, что за город — Томск, и понял, что тут много иностранных студентов, тут не страшно учиться", — рассказал аспирант по программе управления ядерным реактором Сюй Юйбинь.

При этом китайский аспирант учится не просто управлению реактором, его специализация — создание программного обеспечения для работы современных реакторов, написание кода для сопровождения эксплуатации реактора. Этому он планирует обучать молодежь в китайских университетах после окончания аспирантуры.

"Те коды, которые я пишу, я могу опробовать на действующем реакторе, понять, работает или нет. У меня на родине очень жесткие требования, очень большая конкуренция, и такие знания дадут мне преимущество", — отмечает он.

Для студентов из небольших стран на Ближнем Востоке, где нет собственных объектов, подобное образование — билет в жизнь с востребованной профессией. С дипломом и знаниями, полученными в ТПУ, отмечает магистрант Али Алжасар Айед Шоджаа из Иордании, открыты все страны мира.

"В Иордании нет действующих объектов, но есть программа развития, есть необходимость в образовании. Я могу выбрать любую страну и любое место работы, любую компанию в отрасли. Или начать преподавательскую карьеру", — сказал он.

Страхи и опасения

Перед приездом всех мучают страхи и стереотипы о России. "Мне говорили, что в России очень холодно, очень-очень. Мне говорили, что в России я буду сталкиваться с расизмом, с нетерпимостью, но это оказалось не так. Здесь очень милые и душевные люди, каждый подойдет, поможет, если я что-то не понимаю, подскажет дорогу. И к температуре можно привыкнуть. Здесь очень много англоговорящих людей, я почти не чувствую языкового барьера, очень комфортно учиться", — говорит Юджения Йебоах.

Али Алжасара Айеда Шоджаа открытость людей и способность к диалогу в любое время в любом месте поначалу даже шокировали — в Иордании не принято на улицах знакомиться с людьми, жать руки, обниматься и даже просто разговаривать. Но со временем он привык к этому и даже рад тому, что в России можно быть непосредственным — для него это приятный бонус к обучению.

"А я очень боялся климата, но здесь я понял, что сибиряк — это не тот, кто не мерзнет, а тот, кто тепло одевается. Мне говорили знакомые, что здесь будет плохое образование, но они не правы. Мне очень нравится учиться в России, в Сибири, это отличный опыт", — подчеркнул Майкл Нии Санка Ансах.

Среди других опасений — тяжелые условия жизни, проблемы с жильем, перенаселенные общежития, отсутствие еды, сложности из-за языкового барьера (все студенты отлично говорят по-английски, но совершенно никак — по-русски).

Сейчас говорят, что волновались напрасно — живут они в новом общежитии вуза в самом центре города. Секции в нем — это двухкомнатные квартиры со своими санузлом и кухней, в одной секции живут максимум четверо — по двое в комнате. Представителей одной страны селят как можно ближе друг к другу.

Привычных для ребят овощей и фруктов в Сибири не так много, но это, говорят они, даже хорошо: есть возможность расширить навыки и научиться готовить блюда русской кухни — пельмени, борщ, щи, окрошку.

Если получается привезти из дома или заказать из-за границы привычные продукты, то все стараются угостить и соседей. На прошлое Рождество студенты из Ганы готовили для своих преподавателей и соседей традиционный рис в остром мясном соусе — блюдо, предназначенное для больших праздников и только для самых близких друзей и членов семьи.

В квалифицированных специалистах заинтересованы не только зарубежные страны, но и сама Россия. Большая часть магистрантов и аспирантов получают столь дорогостоящее образование в рамках квот от , которая строит свои объекты по всему миру. Так что именно на реакторах и в научных центрах госкорпорации уже на своей родине вчерашние студенты начнут карьеру.

Вадим Белозерцев