Далее:

«Никому ничего не нужно». Белгородский скульптор вынужен творить в разрухе

«Никому ничего не нужно». Белгородский скульптор вынужен творить в разрухе
Фото:
В редакцию «АиФ-Белгород» обратился известный белгородский скульптор Александр Пшеничный с такой проблемой: вот уже более полувека в его мастерской не было капремонта, и сейчас стены и крыша буквально разваливаются.
«Может быть и хуже»
Татьяна Черных, «АиФ-Черноземье»: Александр Алексеевич, ваша мастерская находится во дворе дома № 68А по проспекту Славы, в самом центре города, двор недавно благоустроен — а почему забыли о мастерской?
Александр Пшеничный: Да, детская площадка новая — а из кладки стен мастерской вываливаются кирпичи, тут недавно чуть ребёнка не прибило. Крыша прогнила, вода стекает на стены, зимой замерзает, кладка разрушается. Внутри крыша тоже течёт, так сыро, что грибы вырастают. На станке стоял бюст из глины — от этой сырости и влаги он просто упал и развалился. Условий для работы никаких! Одна несущая балка перекрытия начала проваливаться — мне знакомые архитекторы посоветовали сделать опору, я сам приварил железную трубу, теперь она потолок подпирает. Люди боятся здесь ходить рядом, возмущаются. А что я могу сделать? Я же скульптор, а не строитель! В позапрошлом году я клал снаружи мозаику, пытался закрыть эти разрушения на стенах, но этого мало!
— Сколько лет этому строению?
— Оно построено в 1960 году — сначала это была котельная, и сейчас там внутри проходят трубы отопления, там компенсатор, который никуда нельзя убрать. С 1972 года здесь устроили мастерскую — тогда её отдали нашим художникам Поленову и Блинову — они оба уже умерли. Мне эту мастерскую предложили в 1995 году, я согласился, в правлении Союза художников никто не возражал, если я сюда перейду — тогда мастерская была ещё в более-менее нормальном состоянии. Но с тех пор прошло 22 года, и за это время здание никто не ремонтировал — только лет семь назад стены покрасили красным суриком и нарисовали на них детские картинки.
Я сам лично обращался в городскую администрацию, мне сказали, что необходимо заключение экспертов. Специалисты Технологического университета обследовали здание и выдали заключение, что здание нуждается в ремонте (его копия есть в редакции. — Ред.).
Наш региональный Союз художников в июне этого года приглашал сюда комиссию, они пришли, посмотрели и обещали помочь, но пока нет никаких результатов. Мне они сказали, что отдали заключение экспертов в областную администрацию — и всё, с тех пор тишина.
Когда детскую площадку реконструировали этим летом, я спрашивал о мастерской, и мне сказали, что они этим не занимаются, что их дело — благоустройство. Хотя пять лет назад благоустраивали двор на улице Мичурина, 54, где есть точно такая же мастерская — так там сделали нормальный капитальный ремонт, даже кондиционеры поставили!
— Но ведь это здание не ваше личное, оно принадлежит Союзу художников — почему же о нём не заботятся?
— Знаете, в Союзе мне сказали, что у меня ещё хорошая мастерская, может быть и хуже. А земля муниципальная — специалисты из мэрии каждый год приходят и делают замеры — не увеличилось ли здание или не уменьшилось ли, проверяют, что оно используется по назначению — я делаю тут скульптуры — и всё. А в каком оно состоянии — никого не интересует.
— Я, честно говоря, в шоке — вы один из самых известных наших скульпторов, все знают вашу первую в городе контактную скульптуру возле кукольного театра — композицию «Семья», ваши работы есть за границей. Почему такое отношение?
— Мэр ругал как-то наш Союз именно за то, что многие мастерские довели до плачевного состояния, не только мою. Ведь это задача Союза — ходатайствовать, добиваться, чтобы их привели в порядок. А я понял, что сейчас никто ничего не хочет и никому ничего не нужно — каждый сам за себя. Раньше, в советское время, творческим объединениям оказывали какую-то помощь, это способствовало и творчеству, потому что тем, кто участвовал в выставках, всегда давали хорошие заказы, помогали. А сейчас я тоже участвую во всех выставках, и творческий процесс идёт — но это никому, кроме меня, не надо. Я как художник белгородских чиновников не интересую, для них есть Шишков — и хватит. Ещё в начале 2000-х годов из управления культуры приходили, смотрели, что-то обещали изменить, хотя бы воду провести сюда, а потом и этого не стало.
— Как же вы тут работаете?
— Тут зимой от трубы тепло, а летом очень жарко — поэтому я тут работаю с октября по апрель, а на летний период перебираюсь к себе на хутор Пожарный в Корочанском районе.
Сад скульптур
— Это у себя на хуторе вы создали целый парк скульптур?
— Скорее это не парк, а сад скульптур. Но основную творческую работу я всё равно делаю в мастерской — на хуторе нет таких условий. Всё, что за зиму сделаю, весной туда перетаскиваю, там уже перевожу в бетон, в железо. Пять-семь работ за сезон я успеваю сделать.. Там целый гектар земли, места хватает — а сейчас я там начал строить деревянную обзорную башню, чтобы можно было смотреть на скульптуры не только с земли, но и с высоты.
— Мне кажется, то, что вы создали — это одна из достопримечательностей района. Туда туристов можно привлекать!
— Ну да, и многие приезжают, смотрят, у нас там собираются творческие люди, проходят пленэры, мастер-классы, экскурсии я провожу для детей и взрослых. Детям там особенно нравится — какие-то работы, образы взрослые улавливают не сразу — а дети видят мгновенно, глаз у них ещё не замылен.
— А как вам такая идея пришла в голову? Скульптуры было некуда ставить?
— Ну да, там около 50 работ — где ж я их здесь размещу? Здесь у меня в основном портреты хранятся. А там территорию сначала надо было расчистить от зарослей, потом я начал устанавливать инсталляции — последние лет пять этим занимаюсь. Много идей, много эскизов надо переводить в большой размер, чтобы там установить, причём так, чтобы они естественно вписались в природную среду.
Ландшафт и ширпотреб
— То есть это ваш личный опыт ландшафтного дизайна, который сейчас так популярен?
— Я действительно начал заниматься ландшафтом, раньше об этом как-то не думал, скульптуры были в кустах, порой не видны — я посмотрел на всё это по-другому, начал прорубать аллеи, чтобы от скульптуры до скульптуры всё было видно.
Тут вот недавно проводили форум ландшафтного дизайна, я пришёл, посмотрел — и смех, и грех. Как в детских садах делают украшения, вырезают из покрышек или банок — получилось почти то же. Вот англичанин там выставил свои прямоугольные объёмы — получилось что-то интересное. То есть ландшафтом у нас по-настоящему никто не занимается — разве что частный ландшафт процветает для тех, кто побогаче, кто для себя его делает в коттеджах.
— Но если посмотреть, что продаётся для ландшафтного дизайна, все эти статуи, фонтаны, вазы — это же ширпотреб?
— В любой инсталляции должен быть образ. Нужно, чтобы была идея, какая-то живая мысль. А без этого нет искусства.
Оставить комментарий