В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

Жестокие улицы: можно ли жить в Нью-Йорке без страха

Жительница нью-йоркского района Чайна-таун 35-летняя Кристина поздним вечером 19 февраля возвращалась домой с вечеринки. Вслед за креативным продюсером музыкальной сетевой платформы Splice в подъезд вошел 25-летний Ассамад Нэш — темнокожий безработный бездомный. Он ворвался в квартиру девушки и в ванной нанес ей около сорока ударов ножом.

Жестокие улицы: можно ли жить в Нью-Йорке без страха
Фото: ТАССТАСС

Видео дня

За несколько дней до этого полиция задержала Нэша за хулиганство — он пытался взломать автоматы по продаже билетов на метро, а затем скрыться. Но судья не стал назначать залог — Нэша отпустили под надзор. Из-за переполненности тюрем мелкие преступления, в том числе небольшие кражи, часто не ведут к возбуждению уголовных дел — соответствующие указания дал окружной прокурор Элвин Брэгг. По его мнению, это позволит сосредоточить усилия на тяжких преступлениях.

Скрыться Ассамад Нэш не успел: на крики соседи вызвали полицию. Но вот спасти Кристину не удалось. Задержанному на следующий день были предъявлены обвинения в убийстве и "сексуально мотивированном" ограблении. Подозреваемый утверждает, что невиновен.

Убийство потрясло Нью-Йорк и особенно проживающих в нем выходцев из азиатских стран, которые составляют порядка 1 млн человек (10% жителей мегаполиса), — тем более оно стало не первым. 15 января 61-летний бездомный Саймон Маршиал столкнул под поезд метро 40-летнюю Мишель Го на станции "Таймс-сквер", когда та возвращалась с работы. Маршиал скрылся с места преступления, но позже сдался полиции со словами, что является Богом. Мужчина несколько раз до этого проходил лечение в психиатрических клиниках, в том числе в местах заключения.

"Безопасных мест теперь больше нет" — таков один из самых популярных комментариев в социальных сетях на случившееся. Тем более что Чайна-таун — вполне благополучный район на юге , где традиционно отмечался низкий уровень преступности. Он находится всего в 10–15 минутах ходьбы от Уолл-стрит.

Кто виноват и что делать

Убийства Юны Ли и Мишель Го — далеко не единственные резонансные преступления, произошедшие в мегаполисе за последние месяцы. Так, 21 января трое полицейских в Гарлеме вступили в перестрелку с мужчиной, который угрожал собственной матери. В результате двое стражей порядка получили смертельные ранения, погиб и сам преступник. 14 января налетчик во время ограбления застрелил 19-летнюю кассиршу в Burger King. Хотя, как свидетельствуют камеры наблюдения, она выполнила все его требования и не оказывала сопротивления. Думаю, концентрация внимания именно на убийствах выходцев из Азии отвлекает внимание от общей картины — преступность растет в целом по Нью-Йорку.

Согласно официальной статистике полицейского управления Нью-Йорка, общее количество преступлений в январе 2022 года выросло на 38,5% по сравнению с тем же месяцем 2021 года. Количество ограблений увеличилось на 33,1% (с 940 до 1 251 случая), случаев воровства стало на 58,1% больше (с 2 559 до 4 047 случаев), количество перестрелок увеличилось на 31,6% (с 76 до 100). Снизилось только число убийств — на 15,2% (с 33 до 28 случаев).

У волны преступности нашлось много комментаторов. Новый мэр Нью-Йорка Эрик Адамс требует усилить борьбу с преступностью, прежде всего увеличив количество патрулей в метро. Оппоненты этих мер пеняют на то, что станция "Таймс-сквер", где произошел инцидент с Мишель Го, и так патрулируется сильнее, чем любая другая в Нью-Йорке, но это не помешало действиям Саймона Маршиала. Республиканцы выступают за окончание практики, когда судьи отпускают преступников на свободу даже без залога, а в число несерьезных преступлений попадают практически все нарушения, которые не несут ущерб здоровью окружающих. Демократы в ответ напоминают, что тюрьмы и психиатрические больницы переполнены и надо выделять деньги на новые. Как вариант они предлагают использовать средства, предназначенные для финансирования полиции, объясняя это тем, что если психически больных людей будут лечить, то потребуется меньше патрулей. Сторонники жестких мер требуют вернуть полицейским право проводить обыски подозрительных лиц на улицах, которого они лишились в 2013 году. А их оппоненты настаивают, что это приведет к необоснованным обыскам темнокожих и только усилит социальное напряжение.

При всем этом демократы неустанно говорят о вине бывшего президента в происходящем, который настаивает, что в появлении COVID-19 виноват , что якобы вызвало вспышку ненависти к выходцам из Азии. , впрочем, не спешит возбуждать дела о преступлениях на почве ненависти к социальной группе, что между тем может быть индикатором еще одной проблемы американского общества — стремления признавать наличие расовых мотивов только в случаях, когда речь идет о притеснении темнокожих людей (недавний яркий пример — утверждения о том, что Холокост — "это не история про расу").

Поиски выхода из ситуации, очевидно, станут главной задачей мэра Нью-Йорка Эрика Адамса во время первого его срока пребывания в должности. Насколько он будет успешным, сказать сложно: для проведения реформ требуются деньги, а преступность отпугивает приносящих прибыль туристов. Образуется замкнутый круг.

Поиски виноватых и построение планов реформ можно продолжать долго, но на данный момент факт заключается в том, что многие жители Нью-Йорка — особенно женщины — чувствуют страх.

"Стала бояться выходить ночью"

Проблема с безопасностью появилась не вчера, рассказывают жители Нью-Йорка, хотя последние убийства девушек азиатского происхождения усилили чувство опасности и незащищенности. "Уже несколько лет я не выхожу по вечерам в магазин, — рассказывает жительница Квинса Лия Щербакова, работающая на Манхэттене, недалеко от Чайна-тауна. — Раньше не боялась, а теперь думаю, что лучше не рисковать. Сколько таких случаев было".

Особое недовольство женщины, которая переехала в Нью-Йорк из России еще в 1990-х годах, вызывает атмосфера безнаказанности. "Рядом с нами была аптека, хорошая, большая. В нее просто заходили и брали, что хотели. Полиция их даже не задерживала — нет смысла, судья все равно отпустит. В итоге аптека закрылась. А если все так закроются, на что будет жить город?"

Ухудшение ситуации в сфере безопасности города за последние годы отмечает и Екатерина, которая переехала в Нью-Йорк в середине 2000-х годов. "Когда я только приехала, то не боялась ездить в метро. Что такого, в самом деле, в постоянно им пользуешься. А сейчас мне страшно, как только подумаю о том, что надо идти по переходу над рельсами, особенно после того, что произошло на "Таймс-сквер" (инцидент с Мишель Го — прим. )", — пояснила собеседница.

При этом женщины отмечают, что раньше можно было обеспечить себе определенное чувство безопасности, избегая посещения определенных районов. Сейчас же этого нет. "В Верхнем Вест-Сайде всегда можно было чувствовать себя спокойно, если не заходить за Центральный парк, где начинается Гарлем. Но все изменилось в пандемию. Тогда в отелях расселили бездомных, и даже когда их выселили, они не вернулись на окраины, где жили прежде, а остались здесь. Эти люди и толкают людей в метро", — поделилась мнением Наталья Панько.

К каким бы выводам ни пришли власти Нью-Йорка, вернуть чувство защищенности жителям города, очевидно, будет непросто, и вряд ли удастся сделать это быстро. Пока же примечательным стал и тот факт, что мемориал у квартиры в Чайна-тауне Кристины Юны Ли был разрушен неизвестными всего три дня спустя после ее насильственной смерти.