В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

1941 год. Предсказания «советского Нотрадамуса» были точны

15 июня, в последнее мирное воскресенье Сталин побывал в Театре имени Станиславского на гастрольном спектакле киевского Театра имени Ивана Франко, приехавшего в столицу Советского Союза.

1941 год. Предсказания «советского Нотрадамуса» были точны
Фото: Русская ПланетаРусская Планета

Вместе с вождем на спектакле «В степях », находились его соратники - , , , Никита Хрущев, , .

Видео дня

Судя по всему, Сталину пьеса пришлась по вкусу. Актер Валентин Дуклер вспоминал, что во время действия вождь смеялся. В 1942 году вождь вручил автору пьесы «В степях Украины» вторую Сталинскую премию. Всего наград имени вождя у украинского писателя и драматурга было пять…

В июне московские театры по традиции отправились на гастроли по стране. Но почему-то в июне сорок первого поездок их было намного больше, чем обычно. Театральные и эстрадные коллективы отправлялись в основном на запад. Происходило это в самое напряженное время, когда повсюду ощущалось дыхание войны.

Этот беспримерный «десант» деятелей искусства был показан всей стране и Сталину в первую очередь – на западных границах все спокойно: мы играем, танцуем и поем. Никакой угрозы войны нет и в помине!

Малый театр выехал на Украину и там разделился на две группы. Одна часть труппы начала гастроли в , другая - на западе республики. Вечером 21 июня артисты давали концерт в военных лагерях под Ковелем, недалеко от польской границы. Однако завершить выступление не удалось, поскольку военные получили приказ вернуться в свои части.

16 июня МХАТ имени Горького приехал в . отмечала, что визит прославленной труппы стал большим событием в культурной жизни республики. К статье было подверстано письмо художественного руководителя театра Владимира Немировича-Данченко:

«Очень жалею, что по болезни не могу приехать с Художественным театром в Минск, и не буду участвовать в первой встрече МХАТа с белорусскими зрителями. Я рад за наш театр, который, как всегда, с волнением и подъемом готовится к новому творческому испытанию, надеясь получить от трудящихся живой и дружеский отклик своей многолетней работе».

21 июня в помещении Центрального клуба Красной Армии Минска мхатовцы играли «Тартюф». Зал был переполнен, среди зрителей были первые лица Белорусской республики, в том числе, первый секретарь ЦК КП(б) Пантелеймон Пономаренко. Пришел на спектакль и командующий Западным военным округом генерал армии . Через месяц его обвинят во всех во всех смертных грехах и расстреляют, как изменника Родины. На бывалого командира, орденоносца, Героя Советского Союза, свалят весь кошмар отступления...

20 июня в столичных школах прошли выпускные вечера, которые по традиции они завершались танцами. После них вчерашние школьники пошли гулять по городу. Рассвет по традиции они встретили на Красной площади и на набережных Москвы-реки.

В «Правде» появился репортаж «Зеленый шум» из московской школы № 201, в котором он рассказывал о благоустройстве двора: «Заканчиваются выпускные испытания. Из школы уходят молодые люди, получившие тут верную прививку, хорошо подросшие, не боящиеся ни заморозков, ни ветров под открытым небом. Питомцы школы уйдут работать, учиться, служить в Красной Армии...

В материале Кассиля несколько раз упоминался 9-й «А» - в этом классе училась .

Позже Кассиль утверждал, что разговаривал с девушкой, которой суждено было стать легендарной…

Юный москвич Лева Федотов жил в знаменитом «Доме на набережной». Дружил с будущим писателем и спустя много лет стал прототипом одного из героев повести «Дом на набережной» .

Трифонов вспоминал, что круг интересов Федотова был необычайно широк. Он увлекался минералогией, палеонтологией, океанографией, рисованием, музыкой. Занимался физическими тренировками по собственной системе и сочинительством – занятие, к которому приохотил некоторых из своих друзей, в частности, Трифонова.

Писатель вспоминал, что Федотов «поспешно поглощал все науки, все искусства, все книги, всю музыку, весь мир, точно боялся опоздать куда-то. В двенадцатилетнем возрасте он жил с ощущением, будто времени у него очень мало, а успеть надо невероятно много…»

Увы, так и произошло – жизнь Левы оборвалась, когда ему было всего двадцать лет. Больной туберкулезом, с плохим зрением, Федотов, тем не менее, добровольцем ушел на фронт и не дожил до предсказанной им Победы. 25 июля 1943 года он ехал в грузовике с другими солдатами, и машина попала под бомбежку…

Дневники Федотова были опубликованы спустя много лет после войны, в конце 90-х годов ХХ века.

Можно лишь поражаться, насколько «советский Нострадамус» оказался близок истине. Хотя и оговаривался: «Я, правда, не собираюсь быть пророком, но все эти мысли возникли у меня в связи с международной обстановкой, а сложить их в логический ряд и дополнить помогли мне рассуждения и догадки».

5 июня Лева записал в дневнике: «Хотя сейчас находится с нами в дружественных отношениях, я твердо уверен, что все это только видимость. Тем самым она думает усыпить нашу бдительность, чтобы в подходящий момент всадить нам отравленный нож в спину... Я думаю, что война начнется или во второй половине этого месяца, или в начале июля, но не позже, ибо Германия будет стремиться окончить войну до морозов…»

Федотов полагал, что немцы нападут неожиданно, без объявления войны и захватят Минск, , , Винницу, Киев, Гомель, и многие другие города. Но был уверен, что устоит перед натиском Гитлера, и , взятый в кольцо, не капитулирует.

В последний мирный день Лева записал: «Теперь я уже жду беды для всей нашей страны - войны. По моим расчетам, если я действительно был прав в своих рассуждениях, то есть, если Германия готовится напасть на нас, война должна вспыхнуть в ближайшие числа этого месяца или же в первых числах июля... Откровенно говоря, теперь, в последние дни, просыпаясь по утрам, я спрашиваю себя: а может быть, в этот момент на границе уже грянули первые залпы? Теперь можно ожидать начала войны со дня на день...»

Незадолго до войны в Москву приехала американка Маргарет Бурк-Уайт. Она встретила начало Великой Отечественной войны в неофициальном статусе единственного в СССР иностранного фотографа. Именно она запечатлела Москву во время налетов немецкой авиации.

Впервые Маргарет приехала в Советский Союз в 1930 году. Тогда она снимала промышленные объекты. Бурк-Уайт стала первой из иностранцев, которой было позволено переступить порог дома в грузинском Гори, где родился Сталин. Она запечатлела не только родственников вождя, но и его мать, Екатерину Джугашвили.

В мае сорок первого Бурк-Уайт отправилась в длительное путешествие по Советскому Союзу вместе с мужем, известным литератором и журналистом Эрскином Колдуэллом. Их сопровождал писатель из прославленного юмористического дуэта - . Маршрут гостей пролегал по маршруту Украина - - Кавказ.

В то время фото- и киносъемка на улицах СССР и, тем более Москвы, была строго запрещена, ибо такое занятие власти могли расценить как шпионаж. И были серьезные сомнения, что разрешение на фотографирование может получить иностранка с Запада. Однако это произошло – во многом благодаря тому, что советскому правительству понравились предыдущие работы Бурк-Уайт.

Она и Колдуэлл совершили вояж в Советский Союз не ради праздного любопытства и солидных гонораров. На Западе были уверены, что скоро СССР станет очередным объектом нападения вермахта. В таком случае материалы из Москвы обещали стать не просто сенсационными, а историческими.

Американцы поселились в московском номере отеля «Националь». Их поразило, что отель был почти наполовину заселен молчаливыми и внимательными немцами. Их скупые движения и четкая выправка давали основания подозревать в них военных.

После путешествия по Советскому Союзу Бурк-Уайт и Колдуэлл приехали в Москву и снова поселились в «Национале», в номере, который ранее занимал торговый представитель Германии. От портье Маргарет узнала, что немцы в спешном порядке начали покидать отель за неделю до начала войны. К последнему мирному дню 21 июня в «Национале» остались лишь двое «туристов» из Германии. Они сбежали на следующее утро, бросив свои чемоданы и не заплатив за проживание…

Стихотворение «21 июня 1941 года. Сон» с эпиграфом : «Как я хотел вернуться в «до войны» - / Предупредить, кого убить должны» было создано через много лет после начала Великой Отечественной войны. Но кажется, что его написал человек того времени, предчувствовавший страшные испытания:

Сегодня я один за всех в ответе.

День до войны. Как этот день хорош!

И знаю я один на белом свете,

Что завтра белым свет не назовешь!

Что я могу перед такой бедою?!

Могу – кричать, в парадные стучась.

– Спешите, люди, запастись едою

И завтрашнее сделайте сейчас!

Наверно, можно многое исправить,

Страну набатом загодя подняв!

Кто не умеет, научитесь плавать —

Ведь до Берлина столько переправ!

Внезапности не будет.

Это – много.

Но завтра ваш отец, любимый, муж

Уйдет в четырехлетнюю дорогу,

Длиною в двадцать миллионов душ.

Запомните: враг мощен и неистов… —

Но хмыкнет паренек лет двадцати:

– Мы закидаем шапками фашистов,

Не дав границу даже перейти!.. —

А я про двадцать миллионов шапок,

Про все, что завтра грянет, промолчу.