Ещё

«Есть церковные иерархи, которые откровенно симпатизируют РПЦ» 

Фото: Деловая газета "Взгляд"

Грузинские оппозиционеры предупреждают о «русском десанте» в грузинской православной церкви и видят в этом опасность для страны. Глава ГПЦ Илья II ездил в Россию после событий 2008 года, однако насколько сильны связи между церквями и может ли Москва влиять на грузинскую паству в своих интересах? В Грузинской православной церкви (ГПЦ) есть очень сильный «российский десант» и в этом «опасность для развития страны». Об этом заявил недавно глава оппозиционной Республиканской партии, экс-депутат Давид Бердзенишвили. По словам политика, «российское влияние на Грузинскую церковь становится все более и более опасным». «Россия не должна иметь инструментов влияния в политических или в духовных кругах Грузии», — потребовал он. Напомним, после войны 2008 года и разрыва дипломатических отношений между странами две церкви — РПЦ и ГПЦ — сохранили тесные доверительные связи. Более того, патриарх Грузии Илия Второй год назад посещал Москву и беседовал с Путиным. ГПЦ выступает за нормализацию отношений между странами, за гуманитарный диалог. При этом обе церкви не признают самостоятельности церквей в Абхазии и Южной Осетии. После 2008 года патриарх Московский и всея Руси Кирилл отклонил просьбу священников из Сухума и Цхинвала принять их под свое крыло, предложив им оставаться частью грузинской церкви. При этом, как известно, церковь пользуется в Грузии огромным непререкаемым авторитетом, а Илия Второй — самым, похоже, уважаемым человеком в республике. «Русского десанта» нет — в церкви любят всех ГПЦ считается довольно закрытым институтом, поэтому любые оценки настроений среди священства среди экспертов звучат только в форме версий. Так, старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Николай Силаев счел попросту «бредом» слова о «русском десанте». По его словам, ГПЦ целиком стоит на твердых патриотических позициях, поэтому симпатизировать политике Москвы она не может в принципе. В отличие от либералов, церковь никогда не делала даже намеков на то, что Абхазия и Южная Осетия «в общем-то уже не нужны Грузии», отметил он. «Москве гораздо сложнее разговаривать с грузинскими консерваторами, чем с грузинскими либералами. Для грузинских консерваторов, к которым относится ГПЦ, есть позиции, по которым они ни на какие уступки идти не могут», — сказал Силаев газете ВЗГЛЯД. Тем не менее, он оговаривается, что ГПЦ и РПЦ остается сестрами — есть очень глубинная связь двух народов, которая никого не обедняет, а только обогащает. Глава Исследовательского центра проблем глобализации Александр Чачиа высказывается мягче, — он уверен, что церковь в принципе сохранила полную монолитность и единодушие, поэтому говорить о каких-то «десантах» внутри вообще неправильно. «Это не те категории, которыми можно оперировать применительно к священнослужителям. В церкви есть одно настроение — братская любовь к православным людям, вне зависимости от того, кто он, серб, русский или, скажем, грек», — заверил политолог газету ВЗГЛЯД. Ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Роман Лункин считает, что картина настроений среди духовенства не столь однозначна. «Дать точное соотношение настроениям внутри ГПЦ — сложно, поскольку политическая ситуация остается неоднозначной. Однако геополитический фактор не сильно повлиял на отношение представителей ГПЦ к патриарху Кириллу и российской православной церкви в целом, говорит Лункин, добавляя:

»Большинство в ГПЦ выступают за целостность страны, за то, чтобы Абхазия и Южная Осетия оставались в составе Грузии. Но при этом они могут симпатизировать Русской православной церкви. Думаю, таких большинство».

В церкви симпатизируют внутренней политике России Слова о «русском десанте» Лункин называет преувеличением. «Кроме того, какие могут быть пророссийские настроения в Грузии? Можно говорить лишь о симпатии. Есть пророссийская позиция, а есть позиция сотрудничества с РПЦ. Прямо пророссийской позиции в ГПЦ не может быть, поскольку сохраняется проблема Южной Осетии и Абхазии», — пояснил он. «Формально разногласий между русским и грузинским православием в общем-то и нет», — убежден Лункин, поскольку, «Южная Осетия и Абхазия считаются канонической территорией Грузинской православной церкви и Московский патриархат признает этот принцип». Роман Лункин напоминает, что доверию способствует общий взгляд двух церквей и по социальным проблемам. «ГПЦ остается консервативной и разделяет такие же ценности РПЦ. Соответственно, они выступают против гей-парадов, однополых браков. В этом отношении мировоззрения грузинского православия не отличаются от русского православия», — сказал Лункин газете ВЗГЛЯД. Тбилисский профессор, исследователь ГПЦ Владимир Саришвили напоминает, что большинство грузинских епископов настроены против политики Америки, «среди иерархов синода высокий процент тех, кто имеет антиамериканские настроения». Церковь «против всяких либеральных европейских влияний», поэтому в этом вопросе она приветствует, что и Москва «не признает засилье псевдолиберальных ценностей». «Это роднит Грузию и Россию. В этом есть влияние России. Есть церковные иерархи, которые откровенно симпатизируют РПЦ», — признает Саришвили. Однако это вовсе не означает, что симпатизирующие внутриполитической линии Москвы грузинские священники будут проповедовать в пользу ее внешней политики России в храмах, перед прихожанами. «Это бы не поняла никакая паства, так как сохраняются серьезное военно-политические разногласия», — заверил профессор. Но при этом, отмечает Саришвили, что церковь осталась единственным мостом, позволяющим Москве и Тбилиси вести переговоры на высоком уровне церковных иерархов и государственных деятелей. «Наш патриарх пользуется большим уважением в Кремле», — напомнил Саришвили газете ВЗГЛЯД. Позиция же Илии Второго, который обладает большим авторитетом в стране, влияет на отношение к России простых граждан. «Если бы не высказывания патриарха, его личный пример, то ситуация в отношениях двух стран была бы еще острее», — пояснил профессор. Республиканцев долго подкармливали США Зато по поводу самой Республиканской партии, лидер которой Бердзенишвили пугает общество «русским десантом», почти все эксперты едины. Николай Силаев напомнил, что республиканцы с треском проиграли последние выборы, несмотря на всю подпитку из США. После этого они покинули правящую коалицию и превратились в маргиналов, хотя в предыдущем правительстве за республиканцами даже было закреплено кресло главы Минобороны Грузии. Но сегодня их в политической жизни Грузии просто не существует. «Республиканская партия известна крайне враждебным отношением к ГПЦ. Все, что они говорят о ГПЦ — следует расценивает через призму ее репутации», — сказал Силаев газете ВЗГЛЯД. Грузинский политолог Гулбаат Рцхиладзе назвал заявление Бердзенишвили «продуктом больного мышления». Александр Чачиа республиканцев охарактеризовал как людей «верных своим американским патронам», получающих от Вашингтона «серьезные деньги». «Республиканская партия является центром, вокруг которого группируются различные неправительственные организации, финансируемые из западных структур», — заметил он.

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео