Ещё

Витязь в «югровой» шкуре 

После отзыва лицензии у банка «Югра» возник отдельный сюжет о судьбе других бизнес-активов его владельцев. Семья Хотиных покупала бизнесы преимущественно на кредитные деньги ведущих банков страны. Но почему крупнейшие банки кредитуют крупных бизнесменов, даже когда уже известно об их проблемах?

Юрий и Алексей Хотины, числящиеся в списке «Королей российской недвижимости» Forbes, а также имеющие и другие бизнесы, возводили свою империю на кредиты крупнейших банков страны, главным образом с государственным участием, включая Сбербанк, ВТБ и Россельхозбанк.

Банки продолжали сотрудничество с бизнесменами даже тогда, когда уже было известно о проблемах с обслуживанием части кредитов. По утверждению источников «Ведомостей», в залоге находятся все активы Хотиных. Банки.ру спросили у экспертов рейтинговых агентств и участников банковского рынка, почему государственные банки активно кредитуют крупный бизнес, включая бизнесменов с подпорченной кредитной историей.

Движимые оппортунизмом

Основные причины, по которым банки предпочитают кредитовать крупный бизнес, — высокая доходность по крупным кредитам и непосредственно залог (как правило, это объекты недвижимости, земля или доли в компаниях), сходятся во мнении собеседники Банки.ру: руководитель группы банковских рейтингов АКРА Кирилл Лукашук, управляющий директор по банковским рейтингам рейтингового агентства «Эксперт РА» Станислав Волков, старший директор группы по анализу финансовых организаций Fitch Ratings Александр Данилов и управляющий директор Национального рейтингового агентства Павел Самиев.

«Банками движет главным образом оппортунизм, — говорит Лукашук. — Условия подобных сделок, как правило, очень хорошие: в ставку закладывается достаточно большая премия за риск (как отмечает Волков, она составляет, как правило, 2—3%), а в оценку стоимости залоговых активов банки закладывают существенный дисконт, чтобы минимизировать риски». Кроме того, у крупных предприятий обычно высокий денежный поток, тогда как решение о выдаче кредита принимается в том числе по итогам анализа этого показателя, добавляет Волков.

Выбор в пользу банков с госучастием несет выгоду и заемщикам, подчеркивают Самиев и Данилов. По их словам, у этих банков в силу их размера и более дешевого фондирования больше возможностей дать кредит большего объема и под более низкую ставку. У частных банков зачастую просто нет возможности выдать кредит, например, в 1 млрд долларов или 3,5 млрд рублей, а синдицированное кредитование в России не развито. Эту проблему поднимал в апреле прошлого года первый заместитель председателя ЦБ Сергей Швецов, отмечая, что «в России есть заемщики, которым не соответствует размер российских банков: российские банки мелкие по сравнению с заемщиками».

Так, в 2016 году, по данным Cbonds, синдицированным кредитованием российских заемщиков занимались всего три российских банка, из них два — с госучастием (Сбербанк и ВТБ, третий — Альфа-Банк). Кроме того, банки с госучастием могут принять на себя больший объем риска, не выходя за рамки нормативов. В том числе норматива риска концентрации (риска убытков из-за недостаточно диверсифицированного кредитного портфеля, когда банк слишком много инвестирует в одну отрасль, одну географическую зону или один тип ценных бумаг; чрезмерная концентрация может вызвать риск ликвидности или убытки при реализации рыночного риска. — Прим. Банки.ру). «Поэтому для ряда крупных предприятий такие банки в приоритете», — подчеркивает Павел Самиев.

Цитата

По словам Самиева, на данный момент на рынке мало крупных игроков, которые при возможности взять кредит у банка с госучастием предпочли бы его частному банку. В основном это заемщики, прямо или косвенно связанные с таким частным банком (например, Хотин с 2014 года активно кредитовался в принадлежащей ему «Югре». — Прим. Банки.ру), — «и то необязательно, что он будет только там обслуживаться». Более того, замечает Самиев, ЦБ в последнее время часто высказывается против того, чтобы банки кредитовали своих собственников. Особенно тех, кто входит в крупные корпоративные группы. В результате, по словам Самиева, «отказ от такого кредитования или его минимизация приведет к тому, что компании будут еще чаще обращаться к тем же госбанкам».

К кредитам в частных банках могут прибегать и те бизнесмены, кто не может работать с госбанками в силу высоких рисков. «Такое тоже бывает периодически, и некоторые крупные организации работают с частными банками, которые могут оценить риск чуть более лояльно. Это не значит, что это плохой заемщик, но в целом такой момент тоже существует», — говорит глава НРА.

Опасные связи

Собеседники Банки.ру сходятся во мнении, что кредитование некоторых представителей крупного бизнеса сопряжено с рисками. Как отмечает Кирилл Лукашук из АКРА, в их числе те, кто владеет одновременно финансовым и корпоративным бизнесами. «Среди банкиров есть расхожее мнение, что финансовый и корпоративный бизнесы одного собственника изолированы друг от друга. Но по факту это не так, и это несет определенные риски для банков, — объясняет он. — Чем дольше мы видим, как развивается ситуация (вокруг банка „Югра“. — Прим. Банки.ру), тем лучше мы понимаем, что на самом деле эти бизнесы пересекаются. Проблемы в финансовом бизнесе могут с легкостью перекинуться на корпоративный сегмент, этому есть примеры. Кроме того, Банк России может рекомендовать, фактически просить, собственника о докапитализации. А сделать это можно только за счет других активов, по сути корпоративных, и никаких инструментов защиты кредитора здесь нет».

Собеседники Банки.ру неохотно комментировали либо вовсе отказывались комментировать решения о выдаче кредитов в пользу отдельных игроков, включая Алексея Хотина. Топ-менеджер банка из топ-50 (по размеру активов, по версии Банки.ру) и аналитик одного из действующих в России рейтинговых агентств допускают наличие политического фактора. Так, в апреле прошлого года «Ведомости» опубликовали исследование о том, как семья Хотиных брала кредиты на покупку новых активов в банках с госучастием, в том числе, по утверждению источников издания, за счет связей с высокопоставленными политиками и силовиками. «В вопросе, о котором вы говорите, слишком много тонких вещей, которые вслух не произнесешь. Это о реальных причинах, — говорит Банки.ру топ-менеджер банка из топ-50. — Политически корректно — так, как я это вижу, — я вам не отвечу, а выдумывать я бы совершенно не хотел». «У Хотиных ресурс был такой, что приходили за кредитами явно не через риск-менеджмент, который занимался оценкой кредитоспособности. Думаю, решение принималось в „ручном“ режиме», — добавляет аналитик рейтингового агентства.

По его словам, отдельную проблему при кредитовании представляет собой и сам риск-менеджмент: «Банки оценивают каждого заемщика. То есть если банк принял решение в пользу заемщика, он счел его качественным либо учел качество обеспечения. Существует много примеров, когда заемщики госбанков, которые оценивались как качественные, впоследствии оказывались проблемными.

Речь идет об огромных объемах по просрочке и по дефолтам среди крупного бизнеса, который кредитовался именно в госбанках. Например, »Трансаэро» и те же Хотины наращивали объемы кредитов, когда проблемы уже начали проявляться. ЦБ говорит, что «Югра» и бизнес Хотиных — заведомая пирамида, при этом госбанки их параллельно кредитовали. Или взять группу ПИК и СУ-155. Когда уже было видно, что у них начались проблемы с ликвидностью и нужны были пролонгации, им все дали кредиты. ЦБ жалуется, что риск-менеджмент во многих частных банках хуже, чем хочет регулятор. Но и в госбанках он часто проваливается».

При этом собеседник Банки.ру признает, что оценка кредитоспособности заемщика — сложный вопрос, поскольку, если заемщик выглядит качественным на старте, это не означает, что он не станет проблемным через год или два. «Но даже тогда банк может продлить ему кредит, так как полагает, что заемщик сможет решить проблемы», — говорит наш собеседник.

Залог не панацея

В качестве обеспечения по кредиту банки требуют, как правило, личное поручительство или залог, говорит Алексей Лукашук из АКРА. В качестве залога рассматриваются объекты недвижимости, земля либо доля в закладываемой компании. При этом залог не всегда является эффективным инструментом защиты от рисков, предупреждают Александр Данилов из Fitch и Павел Самиев из НРА.

«Дело в том, что крупным компаниям с большой долговой нагрузкой очень сложно — почти невозможно — обеспечить ликвидный залог нужного масштаба. Далеко не факт, что если компания объявит дефолт по кредиту, то залог покроет остаток долга полностью. Крупные кредиторы почти всегда предпочитают в качестве залога объекты недвижимости, причем это должны быть большие лоты. Но если речь идет о больших объемах, реализовать их на рынке быстро и без потерь почти невозможно. Даже такой залог может оказаться не совсем ликвидным», — объясняет Самиев.

Цитата

Остальные типы залога, по его мнению, и вовсе неликвидные. Например, объекты, связанные с производством или инфраструктурой (в частности, буровые вышки). Риски несет и залог в виде доли в компании. «Если компания работает, прибыльна, развивается и при этом ее можно продать, например какому-нибудь другому инвестору, то это хороший залог. Другое дело, если она испытывает проблемы и почти ничего не стоит», — заключает глава НРА.

Екатерина МАРХУЛИЯ, Banki.ru

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео