Ещё

Gazeta Wyborcza (Польша): Делай покупки на «Алибабе», помогай Путину и Си Цзиньпину 

Фото: ИноСМИ
Россия каждый год проводит военные учения в одном из четырех округов, на которые разделена страна. В последние 50 с лишним лет на дальневосточных маневрах отрабатывалась готовность советских, а потом российских войск к нападению Китая на юго-восточную оконечность Сибири. Эти земли, на которых сейчас проживает 6 миллионов человек (на 40% меньше, чем в советские годы), Россия в XIX веке отобрала у ослабевшего в тот момент Китая.
Распад царской России после Первой мировой и СССР после холодной войны показали, что Москва может лишиться даже больших фрагментов территории. Пекин, в свою очередь, продолжает считать, что отдать часть Внешней Манчжурии (то есть Приамурье) империю заставили силой. Из-за этих конфликтов на исторической почве в 1968-1969 годах обе страны оказались на грани войны, а несколькими годами позднее Брежнев рассказывал Никсону, приводя того в ужас, о положительных сторонах превентивного ядерного удара по Пекину.
Хотя в 2005 году две страны провели и окончательно утвердили границу, они продолжали наращивать вооружения. Россия в июне оснастила четвертую приграничную бригаду комплексами «Искандер-М», в остальных находится по два таких ОТРК. Пекин разместил у границы ракеты «Дунфэн-41» с разделяющимися боеголовками. Одновременно Китай играет на Дальнем Востоке важную экономическую роль: именно оттуда приходит половина заграничных инвестиций, а их объем, как в 2012 году, способен вырасти в годовом измерении на треть. По разным подсчетам, в Приамурье и Приморье может жить до 4 миллионов китайцев, в связи с чем Путин продолжает пугать местных детей, что в будущем им, вероятно, придется говорить по-китайски.
Россия отстает: китайская половина железнодорожного моста через Амур в Еврейской автономной области (там живет около 2 тысяч евреев, это всего 0,5% от населения региона), соединяющего населенные пункты Нижнеленинское и Тунцзян, была возведена уже четыре года назад, а россияне только начали строительство.
Принимая во внимание все вышеперечисленные факты, присутствие 3 200 китайских военных на полигоне Цугол, приехавших туда по приглашению Путина, можно назвать совершенно невероятным фактом. «Восток —2018» — это самые масштабные учения с 1981 года: в них принимают участие 300 тысяч российских военных, почти столько же, сколько задействовал в сирийской войне Асад и все его союзники, в том числе россияне. В мирное время никто такие силы не размещает.
Путин уверяет, что цель маневров, в которых принимают участие также монгольские военные, состоит только в том, чтобы отработать действия на случай нападения общего врага. Но кто этот враг, если ближайшее государство, которое не принимает участие в учениях, находится в тысяче километров, и им выступает дружественная Южная Корея?
Начать следует с того, кто не входит в число неприятелей. Москва и Пекин врагами себя уже не считают. Китай выступает основным покупателем российского газа и нефти, а также третьим крупнейшим импортером российских вооружений (первые места занимают Индия и Египет). России хотелось бы укрепить эти связи, а «Восток-2018» — это в том числе демонстрация выставленного на продажу оружия, например, истребителей Су-35. Россия уже подписала с Пекином контракт на поставку этих машин (его цена составила около 2,5 миллиардов долларов), хотя она и опасается, что китайцы могут скопировать современные технологии. Китай также занимает второе место после Германии по объему экспорта в Россию и хочет упрочить свою позицию, а Москва заинтересована в китайских инвестициях. Однако поскольку в недрах на севере от Амура находятся практически все российские запасы алмазов, треть запасов золота, а также богатые месторождения нефти и газа, «Искандеры» останутся. Следовательно, у границы будут находиться и «Дунфэн-41».
В треугольнике Москва — Пекин —Вашингтон у двух первых столиц есть общие интересы, и они совместно противостоят третьей. США блокируют попытки России восстановить влияния в бывшем советском «ближнем зарубежье» и находятся по другую сторону фронта в Сирии, где силы обеих стран вступили в непосредственное кровавое столкновение под Дейр-эз-Зором.
Пекин принимает участие в учениях в первую очередь затем, чтобы перенять российский военный опыт, ведь американцы стараются пресечь попытки китайцев присвоить себе Южно-Китайское море (Пекин занимает там спорные острова и размещает на них военные объекты, расширяя свои территориальные воды). На кону стоит также контроль над одним из самых оживленных морских путей, над запасами полезных ископаемых на дне моря и огромными рыбопромысловыми районами. Американцы помимо прочего поддерживали демократические силы в России и Китае (при Трампе они стали заниматься этим гораздо менее активно), против чего выступали обе эти страны. В этих сферах противостояния Вашингтон выглядит обладающей весомыми юридическим аргументами и более привлекательной стороной, хотя в последнее время эту привлекательность он начал утрачивать.
Москва уже терпит убытки от американских санкций, введенных в контексте Украины, Ирана и Северной Кореей (новые ограничительные меры против российских и китайских компаний Вашингтон ввел тогда, когда начались учения), а сейчас могут появиться новые, еще более болезненные, которые станут ответом на использование в Великобритании отравляющего вещества «Новичок». В связи с этим Россия ощущает острую потребность в китайских инвестициях. Отреагировать на санкции она не может, поскольку американский ВВП на душу населения по паритету покупательной способности превосходит российский в пять раз (по этому показателю США уступают только Китаю). В свою очередь, Пекин, ведущий торговую и тарифную войну с Вашингтоном, с удовольствием воспользуется этой возможностью, чтобы утереть ему нос.
Во время первого этапа учений прошел также Восточный экономический форум с участием Японии и Южной Кореи (Северная получила приглашение, но не решилась отправить туда своих представителей, возможно, Ким Чен Ын все еще рассчитывает договориться с миром при посредничестве Трампа). На этом мероприятии, в частности, было объявлено о создании китайско-российской торговой платформы совместно с китайским гигантом интернет-торговли «Алибаба».
Созыв Форума во Владивостоке стал для Владимира Путина успехом, сопоставимым с проведением маневров, однако, его ждал там один неприятный эпизод. Японский премьер Синдзо Абэ отклонил спонтанное предложение подписать с Россией мирный договор без предварительных условий, то есть без соглашения по Курильским островам, которые после Второй мировой войны оккупировали россияне. Это показало, что у демонстрации силы, которую устроили две соседствующие с Японией ядерные державы, есть свой предел эффективности.
Как бы там ни было, Россия и Китай вместе располагают вдвое большим количеством танков, чем США. Китайские сухопутные силы и флот превосходят по численности американские, в свою очередь, ядерные арсеналы россиян и американцев по объему сопоставимы. Вашингтон обладает перевесом лишь в воздухе. Конечно, такие сравнения, дают несколько искаженную картину: по качеству техники, подготовки военных и их боевого опыта, а прежде всего по размеру военного бюджета Америка на голову опережает обоих своих соперников. Однако в Грузии, Сирии и на Украине Россия показала, что она готова пустить в ход армию, причем произошло это в тот момент, когда Вашингтон стал раздумывать об ограничении своего заморского присутствия.
Москва внезапно превратилась в очень привлекательного военного союзника: на полигоне Цугол присутствуют также турецкие военные, хотя, поскольку Турция входит в НАТО, официально они выступают в роли наблюдателей. В сирийском конфликте Анкара оказалась по одну и ту же сторону линии фронтов (их несколько) как с Россией, так и с США, в этом контексте «экскурсия» к монгольской границе призвана показать Вашингтону, что лояльность Турции не вечна, а Москве, что турки могут сделать для нее гораздо больше, если она учтет их интересы.
Вторая (морская) часть учений разворачивается у берегов Сирии, куда Россия стянула 25 военных кораблей, готовых подключиться к обстрелу города Идлиб, в котором держат оборону последние повстанческие отряды, которые поддерживает Анкара. Если Путин решит ударить по союзникам Турции, пока турки «наблюдают» за учениями, он нанесет турецком президенту болезненный удар, который тот может не простить. Эрдоган тем временем отчаянно вооружает Идлиб. Китайцы, чьих военных в Сирии нет, знают, что их выгодная политическая и финансовая позиция позволит им заработать на восстановлении всего разрушенного Путиным, Эрдоганом, их союзниками и противниками.
Турецкие наблюдатели — это, однако, лишь сопровождение главной звезды — китайских военных, которых россияне с удовольствием называют союзниками. И хотя китайцы не делают ответных комплиментов, они привезли с собой самую современную технику: танки «Тип-99». Это не копия советских или российских машин, а собственные разработки китайцев. Обе державы подают Вашингтону сигнал, что в столкновении с ним они смогут рассчитывать на поддержку друг друга, а одновременно дают понять, что если американское давление ослабнет, они воспользуются случаем и не станут падать друг другу в объятия.
При этом у России и Китая есть основания поддерживать тесные военные контакты. РФ благодаря своему ядерному арсеналу занимает позицию глобальной державы (китайский по размеру сопоставим с французским или британским), но у нее нет глобальных морских сил: она заблокирована в Балтийском, Черном и Охотском морях, все остальное ее побережье сковано льдами (возможно, благодаря глобальному потеплению ситуация в будущем изменится). Самый главный фронт россиян находится на Западе, но там их потенциальными противниками выступают ЕС и НАТО, конфликт с которыми практически наверняка перерастет в общемировой и ядерный. Китай, в свою очередь, стремится к морской экспансии, и хотя она может угрожать таким американским союзникам, как Южная Корея и Япония, США не гарантируют им (а тем более Тайваню) автоматическую помощь.
Более того, здесь нет сдерживающего эффекта ядерной эскалации, ведь даже если вспыхнет конфронтация с Индией, Дели не станет применять такое оружие, осознавая, что китайцы обладают большим потенциалом, а на их стороне может выступить Пакистан. В случае войны или угрозы ее развязывания Россия и Китай, в свою очередь, могут прикрывать тылы друг друга. У Пекина и Москвы есть схожие или совпадающие позиции по международным вопросам, общие интересы и прочная основа для взаимодействия, а сотрудничество Китая и России в поддержании равенства, справедливости, мира и стабильности во всем мире становится все более актуальным, отметил Си Цзиньпин во Владивостоке.
Такое описание положения дел справедливо только для ситуации, в которой положение обеих держав абсолютно стабильно, но ситуация выглядит иначе. Китай усиливается, что может (как это было перед Первой мировой войной, когда позиции Великобритании начала угрожать развивающаяся Германия) привести к столкновению этой страны с США. При этом основой для роста служит невероятно активная экономическая и политическая экспансия в бывших советских среднеазиатских республиках, которые Москва до сих пор считает «ближним зарубежьем». С одной стороны Россия, как и Китай, опасается мусульманского восстания (китайские уйгуры воюют в Сирии в рядах джихадистов плечом к плечу с российскими чеченцами), с другой — она столь же сильно боится того, что Китай, создавая свой Шелковый путь, возьмет под контроль ее пограничье. Когда китайцы начнут массово производить собственное ультрасовременное оружие (при условии, что США сохранят нейтралитет), у них возникнет сильное искушение покупать нефть и газ на собственных условиях.
Пока, однако, как сказал Алексей Маслов, руководитель Школы востоковедения московской Высшей школы экономики, Москва стремится показать, что Китай — это неотъемлемый экономический элемент нового мира, а Россия — военный.
Добро пожаловать в новый мир. Вы поддерживаете его каждый раз, когда заказываете новый гаджет на площадке «Алибаба».
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео