Свинцовый удар по «крылу»: будни поста воздушного наблюдения
В системе ПВО, которая защищает войска и мирное население от ударов с воздуха постам воздушного наблюдения отводится важная роль. Это практически первый эшелон ПВО. О том, как он работает, корреспондент «МК» узнал в 538-м гвардейском зенитном ракетном полку Кантемировского соединения на Луганщине.
Обманчивая тишина
Пост воздушно наблюдения — ПВН - почти не выделяется на местности. Внешне больше напоминает оставленную и недооборудованную позицию с фрагментами маскирочных сетей и противодронных решеток. Так и задумано! С воздуха - это заблуждение будет еще больше усиливаться, особенно у оператора вражеского дрона. И только подойдя ближе, можно разглядеть смотрящий в небо массивный ствол крупнокалиберного пулемета, а на фоне маскировочной сети станет заметен силуэт наблюдателя с приставленным к глазам биноклем.
Место выбрано грамотно – как на ладони видны одиноко раскиданные хутора и сельскохозяйственные объекты, а главное – отлично просматривается участок дороги, по которому активно движется военный и гражданский транспорт.
Тишина здесь почти всегда обманчива. Часы и минуты, проходящие в ожидании цели, то и дело прерываются с обнаружением вражеских «птиц». И тут же по цепочке идет доклад, который тут же становится сигналом к действию.
У старшего поста воздушного наблюдения с позывным «Поп» затрещала рация:
- Воздух! Азимут - 270, угол места - 15, дальность – 3 километра, беспилотник «крыло», направление на восток, скорость умеренная… Готовьтесь встречать!
Один из номеров расчета – тут же занимает место у турели с пулеметом НСВ «Утес», другой – «колдует» у станции раиоэлектронной борьбы (РЭБ) и, передернув затвор своего АК-12, так же готовится к «птичьей охоте».
- Внимание! По району стоп-колеса, - передает по «общей волне» «Поп».
Водители, ехавшие в этот время по трассе, съезжают с асфальта и загоняют авто в близлежащую лесополосу.
Проходит несколько минут, и воздух наполняется характерным «жужжанием» поршневого двигателя – следом появляется массивный силуэт дрона самолетного типа, размах крыльев — метров семь. Решают подпустить чуть ближе, чтобы сбить наверняка. Но тут зенитчиков ждет сюрприз – от «крыла» начали один за другим отделяться малые дроны-коптеры…
- Это не «ударник»! Ретранслятор – «матка дронов». Огонь!
Раздается громкий, «рычащий» рокот «Утеса» с примешанными к нему специфическими металлическими щелчками, которые сопровождают механизм подачи пулеметной ленты. Пулеметчик начал работать длинными очередями по 5-8 выстрелов. Про время, когда крупнокалиберные пулемёты били короткими очередями, можно уже забыть – «ближнее небо» диктует свои правила, требуя интенсивной стрельбы и постоянно «прощупывания траектории».
Рядом члены расчета расстреливают из своих АК разлетавшиеся все дальше от своей «матки» коптеры…
Суть в том, что у обычных FPV-коптеров, есть объективные ограничения по дальности - радиосигнал затухает по мере удаления от наземной станции управления. Вот тут и выручает «крыло-матка». Она способна залететь в тыл на сотню и более километров. Принимая сигнал от наземной станции управления, она усиливает его, создавая устойчивый «радиомост». Таким образом, дальность применения ударных дронов заметно увеличивается.
Пара коптеров успела скрыться за одним из хуторов….
- Все нормально. Их там встретят…, - говорит старший расчета.
Не успел он договорить, как метрах в трехстах раздается раскатистый грохот, и длинная очередь, теперь уже из пулемета ДШКМ разрезает воздух. Эту свинцовую кавалькаду «зафиналили» два громких хлопка – FPV-дроны, снаряженные опасными «сюрпризами», сдетонировали почти синхронно. Боевые товарищи с соседнего ПВН, подстраховали более чем оперативно.
Командная работа
- Служба на постах воздушного наблюдения – это строго командная работа, - отмечает «Поп». – Пост-одиночка был бы малоэффективен. О налетах нас всегда оперативно оповещают «разведчики» войск беспилотных систем, расчеты РЛС, а также наши товарищи с других постов и мобильных огневых групп.
По словам старшего расчета ПВН можно уподобить мини-крепости, оснащенной различным вооружением и специальным оборудованием. Чего там только нет - крупнокалиберные пулеметы, автоматы, гладкоствольные ружья, переносные зенитно-ракетные комплексы, противодронные ружья, станции РЭБ, анализаторы дронов и, конечно же - современные средства наблюдения.
По словам зенитчика, станция создаёт вокруг защищаемого объекта «купол» из радиопомех. Она не просто глушит сигнал, а анализирует частоты, на которых работает дрон противника, и целенаправленно блокирует их. В результате у оператора ВСУ либо полностью пропадает сигнал, либо затрудняется возможность управлять «птицей».
У наиболее передовых моделей, которыми оснащаются посты воздушного наблюдения и мобильные огневые группы, управление возможно как в ручном режиме, так и с помощью алгоритмов искусственного интеллекта, чтобы эффективнее противостоять новым моделям дронов.
Когда началась СВО, «Поп» служил срочную службу. Отслужив пять месяцев, заключил контракт с Минобороны, чтобы целенаправленно поехать выполнять задачи в составе 4-й гвардейской танковой дивизии и непременно в родном Тарнопольском зенитно-ракетном полку.
- С 2022 года последовательно служил механиком-водителем, наводчиком зенитного ракетного комплекса «Тор-2М», - рассказывает военнослужащий. – Во время боев на Изюмском направлении чистили небо от разведывательных дронов «Лелека» и «Фурия», которые наводили реактивные снаряды «Хаймарса». Через полтора года на Сватовском направлении уже пришлось работать против ударных дронов самолетного и коптерного типов. Оперативно совершенствовали стрельбу по дронам из автоматического и гладкоствольного оружия, то есть как раз для защиты «ближнего неба».
Несмотря на то, что «беспилотья» у врага стало в разы больше - мы наладили эффективную систему противодействия. Почти сто процентов «птиц», пролетающих через нас или действующих по нам – сбиваются и подавляются.