Ещё

Геноцид в Мали: что провоцирует мирных жителей на жестокость 

Фото: ТАСС
БАМАКО /Мали/, 29 марта. /Корр. ТАСС Мария Хренова/. Земледельцы племени догонов в малийском регионе Мопти на прошлой неделе дотла выжгли деревню своих соседей скотоводов фулани. Не пощадили никого из жителей — 160 человека, включая беременных женщин, стариков и детей были жестоко убиты. Атака произошла именно в тот момент, когда в Мали прибыла делегация Совета Безопасности ООН, чтобы оценить «прогресс» в выполнении заключенного в 2015 году мирного соглашения, а также встретиться с представителями миротворческой миссии ООН (МИНУСМА). Самое страшное, что такие происшествия уже давно стали для малийцев нормой. За 2018 год ООН насчитала в этой западно-африканской стране более 40 подобных межэтнических столкновений.
Кто воюет в Мали
Представьте песочные часы. 90% песчинок уже лежит в нижней части, в верхней остается 10%, в перешейке кто-то поставил заслонку. Именно так сейчас выглядит карта Мали — в южной части жизнь сохраняется хоть и бедная, но сравнительно мирная, а вот 10% жителей верхней части захвачены группировками, подконтрольными ИГ и "Аль-Каиде" (обе террористические организации запрещены в РФ). Заслонку в узкой центральной части представляют собой французские вооруженные силы и миротворческая миссия ООН.
Малийцы производят впечатление очень мирных и приветливых людей. Несмотря на крайнюю нищету, по Бамако можно спокойно гулять с телефоном и фотоаппаратом, не боясь оставлять сумку в машине. Малийцы ни за что не своруют и никого не обидят, они лишь просят милостыню или из любопытства могут дотронуться до белого человека.
С большинством простых жителей Бамако можно поговорить на французском. Сами они рассказывают, что Мали всегда была многонациональной страной, но раньше этносы спокойно уживались друг с другом, находили способы договариваться, а нередкие восстания провоцировались скорее недовольством властью.
Теперь же ситуация резко изменилась. Здесь идёт межплеменная война за землю. Причем война на полное истребление — по сути настоящий геноцид. Главная причина — частые засухи и нехватка плодородной земли. Но теперь ситуация подогревается религиозными противоречиями.
"После свержения Каддафи к нам пришли террористы из Ливии, — объясняет один из представителей гражданского сообщества. — Они исповедуют другой ислам, не тот, к которому привыкли мы". Действительно, большинство малийцев придерживаются мирного ислама суннитского толка, который, впрочем, спокойно сочетается и с обрядами вуду. Все необходимое для этого можно найти прямо на центральном рынке Бамако. На севере же с 2012 года процветает экстремистский ислам.
После переворота в Ливии оттуда в Мали стали стекаться экстремисты, рассказывает заместитель руководителя миротворческой миссии ООН британка Джоанна Адамсон. Они захватывали местные деревни и радикализировали их население.
Вернулись в родной Мали и воевавшие в ливийской армии туареги. В 2012 году они даже попытались организовать независимое государство Азават. «Впоследствии же радикализация ислама и катастрофическая засуха привели к другой проблеме — стычкам за землю между земледельцами и скотоводами. Такая междоусобная ненависть намеренно провоцируется террористами, чтобы создать хаос», — поясняет Адамсон.
Миротворческая операция в Мали ведётся с 2013 года, в первое время она дала заметные результаты по стабилизации ситуации. Однако в последние месяцы количество атак как на военных, так и на мирных жителей участилось.
Без школ и еды Бамако — наиболее крупный и спокойный город в Мали, но и здесь кругом грязь и нищета, люди большую часть времени проводят под палящим солнцем — торгуют вдоль дорог и на рынках, пасут скот прямо на улицах города, играют в футбол. Восхищают бамакские женщины — спокойно и без видимого напряжения они ходят по жарким улицам в длинных ярких платьях, с детьми за плечами и тяжелыми тазами с фруктами или вещами для продажи на головах.
Богатые виллы выстроились вдоль реки Нигер. Река, как и во всех африканских странах — это оазис. Здесь наиболее плодородная почва, зелено и красивый вид, тут же простые малийцы выращивают овощи и стирают в реке белье. Из общей картины города выбивается и роскошный президентский дворец, стоящий на возвышении в стороне от центра Бамако.
Пропасть между элитой и простым населением бросается в глаза и по автомобилям — большинство малийцев передвигаются на стареньких мотоциклах или в ржавых маршрутках, однако на улице, особенно у отелей и зданий правительства, попадаются и новенькие Mercedes. В Бамако есть даже рестораны, хотя простые малийцы сюда не заглядывают, они чаще готовят прямо на улице рыбу или кускус, который едят руками.
Местную валюту, западноафриканский франк, лучше менять на черном рынке — курс будет в два раза выгоднее. «Да, так и работаю, обмениваю иностранцам, сюда приезжает много французов, сейчас стали часто приезжать китайцы, — рассказывает обменивающий деньги Камил, — Хватает, чтобы прокормить жену и двух дочек». «Пойдут ли они в школу? Пока еще рано, но потом, конечно, пойдут», — заверяет он.
Дочерям Камила повезло, в Бамако школы еще работают, хотя и нередко закрываются из-за забастовок, но во многих регионах на севере они уже давно закрыты. Это на руку террористам — необразованным людям проще доносить свою идеологию.
Согласно данным ООН, несмотря на достаточно благоприятные сельскохозяйственные условия в 2018 году, в этом году 160 тыс. малийских детей будет недоставать еды. Гуманитарная помощь в целом требуется 5,2 млн малийцев, однако в рамках плана гуманитарного ответа оказать ее смогут лишь 2,9 млн Малийцы регулярно страдают от засухи, кроме того, постоянные конфликты также не способствуют возрождению экономики. В итоге на данный момент сумма, необходимая стране для экстренной гуманитарной помощи населению, составляет $297 млн Что делает ООН Первыми на распространение терроризма в Мали отреагировали ее бывшие колонизаторы — французы, направив на север свои вооруженные силы. В 2013 году миротворческую миссию в Мали (МИНУСМА) учредил и СБ ООН. Так совместными усилиями поток террористов к югу страны удалось остановить. Однако, судя по участившимся в последнее время атакам на военных и межплеменным конфликтам, опасность проникновения террористов в соседние регионы ещё крайне велика. На данный момент, по данным офиса миротворческих операций, в Мали находятся более 13 тыс. миротворцев. Они повсюду — у входов в отели, на рынках, у административных зданий. Сейчас штабы МИНУСМА есть во всех основных городах страны.
Местные жители воспринимают ооновцев как спасителей. Да и сами «голубые каски» в Мали чувствуют себя достаточно комфортно, рассказал один из миротворцев. Одной из серьезных проблем для миротворцев является очень распространенная в регионе малярия — ею за срок службы хоть раз заболевает практически каждый миротворец. Отправляющимся сюда выдают специальные таблетки, но сами ооновцы признаются, что гораздо эффективнее с вирусом справляется джин, содержащий необходимый хинин.
Здесь служит много женщин-миротворцев, это помогает создать лучшую атмосферу в коллективе и выстроить доверительные отношения с женским населением, которое в Мали сталкивается со значительными проблемами. Бангладешка Таня, командир одного из женских подразделений, глаза которой красиво подведены голубым в цвет ее берета, рассказала, что служить в Мали ей нравится. «Мои девчонки вполне могут за себя постоять. Но, конечно, если что-то происходит с сослуживцами или местными жителями, какие-то проблемы, мне сразу же докладывают. За последние шесть месяцев не поступало ни одной жалобы», — сказала она.
Единственное в чем сходятся власть, невооруженная оппозиция и гражданское общество, так это в том, что присутствие ООН необходимо. С этим согласны и опрошенные ТАСС представители Совбеза, так что, видимо, в июне на голосовании по продлению мандата МИНУСМА разногласий не возникнет. Однако, есть и ряд противоречий, в частности, по вопросу возможности расширения персональных санкций в отношении малийцев, за которые ратует Великобритания. Или урезания бюджета миссии, к которому, по словам ряда источников, склоняются Соединенные Штаты.
Совбез едет в Мали
Девять часов от Нью-Йорка до Парижа и ещё пять до Бамако. Чуть не опоздав на пересадку в Париже и сплотившись в процессе беготни по аэропорту «Шарль-Де-Голль» под предводительством французского постпреда Франсуа Делатр представители 15 стран — членов Совбеза прибыли в Мали. Вся дальнейшая программа сильно напоминала «тимбилдинг» — практически без времени на отдых и еду за два дня дипломаты провели встречи с президентом, правительством, оппозицией, гражданским сообществом, представителями МИНУСМА, французских вооруженных сил и сил Сахеля, а также посетили ооновскую миротворческую базу, где отдали дань памяти погибшим здесь «голубым каскам». С начала конфликта здесь погиб 191 миротворец — это одна из самых опасных ооновских миссий.
В отличие от порой расплывчатых дискуссий в Совбезе в ходе переговоров «на земле» дипломаты были предельно конкретны. «Мы хотим видеть не разговоры, а результаты выполнения мирного договора», — внушали они сторонам подписанного в 2015 году документа.
“Все наши собеседники подчеркивали важную роль миссии ООН, — подтвердил постпред Франции по итогам визита. Мы со своей стороны напомнили, что работа ООН в стране может быть продолжена только при условии реального выполнения мирного договора. Жаль, что некоторые приоритетные задачи, установленные резолюцией 2423, до сих пор не выполнены". Совбез должен сделать все, чтобы прекратить ужасную эскалацию насилия в центре Мали, подчеркивал он.
К сожалению, помимо дипломатического убеждения, способы давления на малийцев у СБ весьма ограничены. В связи с этим ряд стран, в том числе Франция и ЮАР, выступают за наделение большими полномочиями ооновских миротворцев — по сути принятия ими одной из сторон конфликта. Однако от такого варианта предостерегает Россия — это неизбежно приведёт к потере доверия к ним со стороны малийцев
Российское видение
Логика «это где-то далеко в Африке» с Мали не работает, предупреждает вошедший в состав делегации СБ зампостпреда РФ при ООН Дмитрий Полянский. Если международным силам не удастся остановить террористов там, до Средиземного моря и потом Европы добраться будет совсем не сложно. По его мнению, «Мали — ключевая страна для региона». «Сейчас весь сахельский регион „взяли за горло“ террористы, для них это удобное пересечение торговых путей. И если они доберутся до Средиземного моря, переплыть в Европу уже не составит труда».
Он поделился итогами двух насыщенных дней переговоров: «Президент продвигает идею о проведении референдума по конституции, однако оппозиция, представляющая, в частности, народности севера, считает, что их предложения для конституции не учитываются». «Что за этим будет пока не ясно — сорвется или нет мирное соглашение, — констатирует дипломат. — Мы видим, что выполнение соглашения запаздывает. Никого подводить под санкции мы не хотим, но, кажется, терпение оппозиции на исходе».
Посол России в Мали Алексей Дульян — один из самых опытных дипломатов в регионе, он возглавляет российскую дипмиссию с 2010 года. По его словам, малийцы привыкли прислушиваться к российскому мнению, ведь большая часть элиты страны проходила обучение в СССР. Затем Россия, к сожалению, ушла из Африки, однако на политическом уровне связи остаются хорошими. «У них принято на самом высоком уровне, что Россия — это стратегический партнёр и надо во всем стараться опираться на позицию России. Это нам помогает в работе», — делится посол.
По поводу выполнения мирного договора 2015 года между правительством и оппозиционными группировками Дульян сохраняет заметный скептицизм. «Договор хорош, когда он работает, когда он приносит конкретные плоды. Все уповали, что будут так называемые „дивиденды мира“. А сейчас чувствуется усталость народа». Но их пока нет”, — признает дипломат.
При этом, по его словам, главное все же то, что стороны сейчас занимаются диалогом, а не бойней. «Когда страна в таком кризисном состоянии, важно сплотиться, мобилизоваться, чтобы все были как один кулак, как у нас было во время Второй мировой войны, понимаете? А здесь этого, к сожалению, не было до самого последнего времени», — объясняет Дульян.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео