Ещё

Насеризм: когда человек превращается в идею 

Фото: ИноСМИ
Анвар Абдель-Малик: «Египет — общество, построенное военными»
Луи Авад: «Насеризм обладал всеми чертами великой идеи»
Всегда существуют причины, которые заставляют идеи жить, какими бы великими или незначительными они ни были и независимо от того, преследуют ли они хорошие или плохие цели, если есть те, кто в них верит. Египет знал десятки и сотни идей, связанных с теми или иными течениями мысли или личностями, и среди всех них ярче всех выделяется одна — идеология насеризма. Даже негативные дискуссии вокруг насеризма лишь все больше углубляли его в сознание египтян, а любое действие против истории, напротив, становится ей, как говорил Гегель. Так, те, кто пытался противостоять насеризму, только способствовали его популярности, потому что идеи умирают лишь по причине того, что о них молчат. Идея способна порождать споры и диалог, создавать сторонников и противников, оставаться живой и гибкой, она способна возрождаться. Каждое новое поколение придаёт ей свой смысл, иную жизнь и иной дух, а ее автор навсегда остаётся в истории, которая любит трюки, хитра и стремится себя защитить.
Гамаль Абдель Насер умер 28 сентября 1970 года, и некоторые люди думали, что его идеи уйдут вместе с ним, однако обычные граждане, а не элита, увековечили их. Этот человек был полон патриотизма, искренности и любви, он работал во благо народа, и народ его любил. Насер и насеризм представляли собой многогранное явление в истории Египта. Насеризм — идея, пришедшая из будущего и уходящая в будущее. Вы будете удивлены и, возможно, поражены, когда узнаете взгляды некоторых представителей элиты и то, как они оценивают этого человека. Так, к примеру, Гамаль Хамдан убежден, что насеризм — египетская идеология и должна оставаться таковой. Если вы египтянин, значит, вы насерист, даже если вы хотите дистанцироваться от фигуры Насера, отвергаете его как личность и его достижения. Любой правитель после Насера не мог перестать быть насеристом, поскольку в таком случае он переставал быть и египтянином, а значит, становился предателем.
Вы, наверное, представили себе, что Хамдан — радикальный насерист, и это его право, вы думаете, что он отошел от объективности, оценивая те или иные периоды истории и своих героев, но только вы, как и я, рассматриваете текущие факты и события. Сколько раз после смерти Гамаля Абделя Насера люди взывали к его идеям, сколько было проведено демонстраций, сколько произошло событий, к которым можно применить слова и действия Насера? Именно поэтому Хамдан сказал, что насеризм — идеология будущего.
Даже в эти дни люди на улицах, политики на своих встречах и обсуждениях касательно Иерусалима и решений по этому городу, будут думать об Абдель Насере и Гамале Хамдане, о том, что связывает их судьбы, о связи между джихадом и предательским убийством. Хамдан писал: «Если евреи говорят, что Израиль не имеет никакого смысла без Иерусалима, то мы можем ответить им, что для арабов нет жизни без Палестины, даже если бы Египет правил всем миром, а Палестина находилась в руках Израиля и продолжала оставаться несостоявшимся государством. Спроси вы меня, где Палестина, я бы ответил, там, где вы. Спроси вы меня, где Палестина, я бы ответил, что там, где Египет, там, где арабы, там, где ислам».
Вы видите, что сегодня происходит в Сирии, в Йемене, что произошло в Ираке и что произойдет в будущем в других странах. Разве вы не вспомнили Насера, которого представил вам Гамаль Хамдан, говоря: «Что пугает колониализм, так это то, что Египет находится в арабском мире, а Каир в Египте. Поэтому он боролся с Египтом на двух фронтах. Во-первых, колониальные страны пытались изолировать Египет от остальных арабов, а во-вторых, они хотели подорвать его лидерство и дискредитировать руководство».
Разве египетские солдаты не отправились в Йемен под руководством Насера, чтобы ликвидировать хуситское движение в зародыше, которое сегодня усилилось и стало иранским кинжалом, который вонзился в спину региона? Разве Египет не оказался изолирован от арабского мира, как говорил Хамдан, так же как Советский Союз вышел из игры, заявив о своей капитуляции перед Америкой? Насеризм — это футуристическая идеология. Есть человек, который пришёл после Насера, теперь он президент. Он вернулся в арабский мир и вернул его. Вы поняли смысл слова «футуристический»? Понимаете ли вы, что любой, кто пришел после Насера, будет насеристом?
Президент Египта Гамаль Абдель Насер в Каире. 1956 год  Фигуры, подобные Гамалю Хамдану не лгут самим себе и своему народу. Если он считает что-либо правильным, мы должны поразмыслить над этим. Насер позаботился о сельском хозяйстве, вернул земли фермерам, которые являются их настоящими владельцами. Вот, что Хамдан скажет позже об этом в своих записях: «Без сельского хозяйства Египет превратится в кладбище размером с государство, по своей природе Египту чужд дикий капитализм. Он убьёт страну». Хамдан понимал, что Насер был первым и, к сожалению, последним президентом страны, который понимал политическую географию Египта, а также то, что насеризм — это судьба Египта, от которой ни один египтянин не может убежать. Гамаль Абдель Насер остался в памяти и умах многих людей, в том числе таких выдающихся, как Хасан Ханафи, Анвар Абдель-Малик и Самир Амин, его помнят политики и многие другие. Как сказал, к примеру, Ханафи, Египет имел два опыта строительства первого современного государства: первый — во времена Мухаммеда Али. В нем участвовало руководство, а не общество, таким образом возрождение имело элитарный характер, и массы в нем не участвовали, так как власти опирались в большей степени на армию, нежели народ. Так, Рифаа ат-Тахтави был генералом, носил военную форму и занимался вопросами культуры. Второй эксперимент был экспериментом Насера, который взял за основу аграрную реформу и бесплатное образование, предоставил его бедным слоям населения, повысив таким образом их статус. Все это представляло собой социальную справедливость. Затем Насер занялся производством, национализировал Суэцкий канал, были также Движение неприсоединения и другие инициативы, и граждане страны впервые приняли участие в процессе политической трансформации страны.
Хасан Ханафи (профессор Каирского университета — прим. ред.) считает Насера настоящим сторонником арабизма и арабского объединения, который доказывал это делом. Он упомянул, что Сирия была любимицей Египта, если учесть первый опыт объединения в рамках Объединенной Арабской Республики, включавшей Египет, Сирию, Ирак и Йемен после йеменской революции в 1961 году. Казалось, что Насер близок к своей цели, то есть объединению всего арабского мира, после революции «свободных офицеров» в Ливии в 1969 году. Он поставлял оружие в Алжир, а Бургиба жил в Египте, пока велась борьба против французов в Тунисе. Его также поддерживал король Марокко Мухаммед V. Наконец, был заложен первый камень в основание Асуанской плотины, построенной при помощи Хрущева.
С другой стороны, Ханафи считает, что в целом проект Насера представляет собой продолжение и завершение проекта Мухаммеда Али, а не возвращение к нему. Также он считает, что второе возрождение Египта в пятидесятых и шестидесятых годах прошлого века является продолжением ренессанса двадцатых годов, хотя идеология менялась: от индивидуального либерализма к социализму, а затем к национал-социализму. Таким образом, революция 1952 года — это продолжение революции 1919 года, которая, в свою очередь, является продолжением арабского восстания 1882 года.
Н. С. Хрущев с семьей, Г. А. Насер и О. В. Ковтунович у саркофага Тутанхамона в Египетском музее Каира
В целом, основу идеологии национализма и насеризма в 50-х и 60-х годах прошлого века составляли идеи свободы и социального прогресса арабских народов. Освободительные движения в тот период больше всего нуждались в объединительной силе, идее, которая бы сплотила их в борьбе против колониализма и помогла защитить недавно полученную независимость. Кроме того, насеризм стал арабским ответом на сионизм и капитализм, которые пытались фрагментировать арабский мир, превратить его в социально и политически отсталый регион.
У нас есть третий и четвертый пример того, что насеризм обладал всеми характеристиками великой идеи в современной истории. Это Луи Авад, который написал книгу: «Семь масок насеризма». Хотя он либерал и критиковал Насера и его идеи при помощи цифр и статистики, он отдавал должное этой выдающейся фигуре.
Четвертый пример — Анвар Абдель-Малик, автор книг «Возрождение Египта», «Египетское общество и армия», «Трансформация мира», «Египет — общество, построенное военными», а также других важных работ. Этот мыслитель любил развешивать на стенах изображения Гамаля Абдель Насера и Мухаммеда Али, первый — архитектор возрождения современного Египта, а второй — великий герой. В своей книге «Египетское общество и армия» он пишет, что они представляют собой одно целое, гражданский — это военный, а военный — это также человек гражданский. Кроме того, это одна из тех книг, которые любил Насер, в ней есть главы, посвящённые египетской армии под руководством Насера, промышленной революции, ликвидации буржуазии и так далее. Что действительно важно, так это то, что египетская армия — единственная в арабском мире продолжает защищать арабский национализм. Таким образом, можно сказать, что в своей книге о Насере Абдель-Малик ничего не преувеличил, а отдал должное славному периоду руководства этого лидера Египтом.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео