Ткачев становится корифеем национальной политики

Ткачев становится корифеем национальной политики
Фото: ТАСС
Губернатор Краснодарского края Александр Ткачев снова оказался в центре политического скандала. Поводом стало его выступление на расширенной коллегии краевого управления МВД. Речь шла об упорядочивании миграции из кавказских республик и создании казачьего корпуса в поддержку местной полиции.
Список правонарушений, обнаруженных в этом пятнадцатиминутном спиче, зашкаливает. Там нашли все: от призыва к нарушению Конституции и разжиганию межнациональной розни до создания отрядов, наделенных правом безнаказанно нарушать закон.
Правозащитники негодуют, члены Общественной палаты готовят обращение в прокуратуру. Эксперты вскрывают тайные замыслы Ткачева: «разыгрывает „национальную карту“, чтобы укрепить свои позиции», «отвлечь внимание от последствий наводнения» и напомнить Москве, что далеко не всякий способен гарантировать порядок в столь сложном регионе. Оно, может быть, и так.
Но большая часть гневных филиппик базируется на произвольном толковании выдержек из прямой речи, да и вся эта история слишком уж хорошо вписалась в кампанию по требованию отставки Ткачева. Единственный способ развеять сомнения — обратиться к истории вопроса и внимательно прочесть полный текст выступления.
Первый раз Ткачева обвинили в «разжигании межнациональной розни» осенью 2001 г. в ответ на его слова о необходимости поставить под контроль миграционные потоки и призвать к порядку национальные диаспоры: «Те, кто сегодня приезжает, погостили немножко, и хватит, домой, в Турцию, Грузию и так далее». Эти слова были обращены к туркам-месхтинцам, которые после погрома в Фергане пытались вернуться в Грузию, но получили отказ и остались в Краснодарском крае.
К началу нулевых ситуация накалилась: местные обвиняли приезжих в бытовой наглости, агрессии, захвате рынков и распространении наркотиков; турки сетовали на притеснения; взаимное недовольство все чаще перерастало в массовые скандалы и потасовки. Регион оказался на грани взрыва. Ткачев не скрывал, что хочет избавиться от конфликтной диаспоры, и добился своего: «понаехавшие» эмигрировали в США, и ситуация нормализовалась.
Теперь возникли новые проблемы, связанные с агрессивной экспансией с Северного Кавказа. Теневые структуры и раньше скупали земли и захватывали бизнес в соседних регионах: в Ставропольском крае, Волгоградской, Астраханской и других областях. Но на фоне роста денежных вливаний из Москвы, пытающейся взбодрить экономику Северного Кавказа, эти процессы приобрели обвальный характер.
Первой жертвой стал Ставропольский край, жители которого покидают насиженные места под давление кавказского бизнеса и защищающих его интересы криминальных группировок. Рассчитывать на помощь правоохранительных органов не приходится: их верхушка уже куплена новыми хозяевами региона, а тех, кто не понял новые веяния, беспощадно убирают. Истории типа той, что произошла с начальником милиции Пятигорска, отправленным в отставку на следующий день после того, как его подчиненные попытались урезонить компанию гулявших в ресторане кавказцев, лучше всяких дотаций стимулируют мигрантов.
Если помните, первой реакцией краснодарской прессы на массовое убийство в Кущевской стал поиск «кавказского следа». Эта версия основывалась на том, что и убитый фермер Амедов, и глава ОПГ Цапок препятствовали экспансии кавказского бизнеса, и благодаря их усилиям Кущевская оставалось одной из немногих станиц, где земля принадлежала местным фермерам. Следствие эту версию опровергло, но контекст, в котором она возникла, является условием задачи, которую сегодня пытается решить Ткачев.
Если прочесть текст его выступления, становится понятно, что ничего страшного губернатор не сказал. Речь шла не о недопущении кавказского бизнеса в Краснодарский край, как поспешили сообщить СМИ, а о сохранении контроля над ситуацией: «у нас нет другого пути, будем выдавливать, наводить порядок, спрашивать документы, заниматься миграционной политикой (откуда прибыл, зачем и т.д.), чтобы те, кто пытаются просто „на дурака“ сюда приехать, застолбить, заниматься провокациями или неправомерным бизнесом, понимали, что на Кубань лучше не ехать. Здесь кубанцы, здесь у них свои законы, и они достаточно жесткие ребята, у них полиция и казаки».
Да, Ткачев прямо говорит, что не хочет, чтобы количественный рост переселенцев переходил в качественные изменения, при которых коренное население чувствует себя некомфортно. Не хочет, чтобы люди сначала теряли свой бизнес и боялись выходить на улицу, а потом уезжали в Центральную Россию. А разве кто-то этого хочет? При этом все понимают, что при нынешних методах кавказской экспансии это неизбежно. Но краснодарский губернатор намерен сопротивляться.
Что касается казачьих дружин — это инициатива атамана Кубанского казачьего войска, вице-губернатора региона Николая Долуды. Казаки будут помогать полиции поддерживать законность и порядок на территории края. Зачем это нужно? Чтобы блокировать коррупцию и защитить полицию от ловушек, в которые она попадает при столкновении с преступлениями, совершаемыми представителями национальных меньшинств. Что тут непонятно?
Кто-то забыл или не знает о круговой поруке в диаспорах, о спекуляциях правозащитников на тему незаконного преследования по национальному признаку и о том, как скупают правоохранителей? Хочется, чтобы Ткачев все это разжевал? Но он выступает перед людьми, которые все это знают, и его задача — развеять опасения, связанные с возможным переделом полномочий. На этот счет он говорит: этого не будет, казаки будут безоружными нести службу вместе с полицией, они — ваша защита, они — народ, а «с народом никто ссориться не хочет».
Насколько хорош этот подход, пока непонятно. В нем тоже есть лазейки для коррупции, но это хоть какая-то попытка самоорганизации в целях сохранения статус-кво. Нацелена ли эта инициатива на реанимацию популярности Ткачева, подорванной наводнением? Несомненно. В политике есть популярные и непопулярные решения. Это может стать популярным. Следует ли из всего сказанного, что Ткачев — белый и пушистый? Отнюдь нет. У него есть свои вполне конкретные интересы. Но он, в отличие от старших товарищей, пытается искать решения очевидных для всех проблем, а не заматывает их в пустых разговорах о национальных особенностях кавказских народов и рассуждениях о равенстве всех граждан России.
До тех пор, пока на стороне одних играют вооруженные бандиты, родственные связи и бешеные деньги, а у других ничего подобного нет, ни о каком реальном равенстве речи быть не может. Есть только равенство перед законом, но оно тоже попирается. Теперь его будут защищать казаки, и Ткачев призывает их «действовать жестко, решительно, системно и последовательно, по всей поляне, во всех городах нашего края, основываясь на законах края и РФ».
Он прекрасно понимает, что выходцы с Северного Кавказа в Америку не уедут, их родина здесь, совсем рядом. Они — граждане России, и с них нужно спрашивать как со своих. Может, со временем осознают, что свой уклад и национальные особенности есть не только у них. Что в этом плохого?
Видео дня
Тайвань после землетрясения
На Поклонной горе развернули самую большую копию Знамени Победы